Темное Наследие II: Дикое Поле

Он возвышался аккурат на вершине Лалиной горы, в том самом месте, где располагалось озеро Железное. Дерево казалось слегка призрачным, как и его тезка из снов, но светилось не зеленым светом, а оранжевым. Сквозь его, пока еще не такую густую листву, тоже просвечивались «лучи бога». Собственно, это дерево и заставило меня отправиться на исследования горной части смежных локаций – мне захотелось взглянуть на него вблизи.

Дерева я не нашел; озеро Железное, соляные копи и серные источники остались почти без изменений, но дерева в этом месте не оказалось.

Оно четко виделось снизу, из долины, но дойти до него физически, похоже, было не так просто. Надо было знать путь. Поскольку русалки ушли, то подсказать было не кому, да я шибко и не парился, особых дел у меня там не намечалось, так – праздное любопытство.

Помимо того, что горы начали густо зарастать лесом, в них зашевелились варкалапы – огромные каменные великаны со светящимися глазами. Они отличались от того варкалапа, который напал на меня при первой встрече с горной русалкой, были меньше, от четырех до шести метров росту, при этом их тела покрывала растительность, ветви, лианы, кустики и листья, а глаза горели не синим, а оранжевым светом.

На меня они не агрились и не нападали, но приближаться к ним я не спешил – видно же, что ребята заняты какими-то своими важными варкалапьими делами, чего под руку, вернее под ногу-то лезть…

Поскольку случилась оказия, то я не преминул ею воспользоваться и заглянуть в соседний данж, Волчью долину.

А что, им можно ко мне вторгаться, а мне к ним нельзя? Вот и разъясним эту сову.

Я подозревал, что возросшая активность волков могла быть связана не только переделом территории, но и с тем, что с данжами также происходили некие неизвестные изменения.

Ущелье, ведущее в долину, изменилось до неузнаваемости, оно заросло лианами и кустарником почти на всю высоту образующих его скал. Вдоль русла успело прорости много молодых деревьев, которые сильно затрудняли путь, но в то же время решали вопрос с топливом для костров.

Волков я не боялся, у меня все еще была в наличии сурица на девятьсот девяносто семь призывов боевого тела – скорлупы – так что, по сути, оно стало чем-то перманентным, каким я его и мечтал увидеть с самого первого дня появления в этом чужом мире. Вообще, это непривычное и приятное чувство – осознавать свою силу и не бояться.