Темное наследие I. Там, на неведомых дорожках…

Она выглядела удивленной, обрадованной, удовлетворенной, словно подтвердилась какая-то ее догадка, и в то же время – напуганной…

Я продолжил наслаждаться созерцанием ее тела, постепенно переходя на лицо, и понял, что мыслительный процесс медленно сводится на «нет». Мысли куда-то разбегались, пока не осталась одна единственная, но зато на всю голову: «какая же эта девушка красивая!» Я успел добраться до созерцания ее губ, когда неожиданно она спросила:

– Ты – рус?

Я вздрогнул. Мысли опять потянулись к голове, закопошились, завозились, неловко отталкивая друг друга: «дай я отвечу, дай я…».

– Так ты умеешь говорить, – довольно-таки глупо констатировал я.

Девушка нахмурилась, и словно тучка на солнце набежала. Душа стремительно ухнула в пятки – меньше всего я хотел обидеть или огорчить эту красавицу. Я поспешил ответить:

– Да я рус, русский, даже в паспорте так написано… вроде. В читательском билете точно написано, но его, как, впрочем, и паспорт, я, к сожалению, оставил в других штанах…

– Так «русский» или рус? – приподняла точеную бровь лесная нимфа, на всякий случай еще раз осмотрев меня на предмет наличия штанов.

Искомых, кажется, не обнаружила, но по ее виду нельзя было сказать, что ее это расстроило.

– В древности нас называли «руссами», «русичами», «россами» теперь все больше «русскими», – честно ответил я, хотя что-то меня в этом допросе смущало… с каких это пор сновидения стали интересоваться национальностью своих зрителей?

– И все-таки ты – рус, – заключила девушка и опять улыбнулась.

Уф! Тучка убежала, солнышко вновь светило, птички пели, цветы благоухали, жизнь вновь была прекрасна и удивительна…

Простота речи моей собеседницы и какие-то детские простодушные интонации настроили меня на нужную волну общения: я решил говорить откровенно и кратко, хотя до этого собирался говорить много, вычурно и не по существу.

– А ты кто? – спросил я.

– Русалка, – удивленно ответила красавица и красноречиво оглядела себя, словно говоря «разве не видно?»

Я с удовольствием повторил за ней – оглядел ее еще раз и осмотром остался доволен.

Русалка, наверное, и должна на ветвях сидеть, но я представлял ее немного иначе. Кажется, ей, для полноты образа недоставало рыбьего хвоста.

– А где рыбий хвост? – на всякий случай уточнил я.

Девушка воззрилась на меня с немым недоумением, хлопнув пару раз большущими глазами, затем, что-то определив для себя, усмехнулась.