Раднесь

Просто каждому человеку этими вещами заниматься не надо. Есть такое понятие – разделение труда, каждый занят своим делом. Есть специальные люди, которые пашут землю, а есть те, которые выращивают скотину.

– А-а-а, понял, понял! – прервал его вогул. – Слышал я от русских как-то, есть у них в их России помещики такие. На них холопы трудятся, а господа только жрут, пьют и холопских девок портят. Ты из таких, что ль?

– Да бог с тобой, Иван! Нет у нас такого. Уж сотню лет как барство всё это извели.

– Ерунда какая-то! Это ж если каждый будет делать что захочет, то тогда хаос будет вселенский. Никто работать не захочет!

– Жить-то на что-то надо! Чтобы жить, нужны деньги, чтобы были деньги, надо работать.

– Фу-у-у, совсем ты меня запутал, пришелец.

– Знаешь что, вогул? – надоело объяснять Артёму. – Я тут подумал. Ты мне про водку и шамана так увлекательно рассказывал.

Вогул мысленно кивнул, настораживаясь.

– Исключительно в научных целях, ты не думай! Необходимо изучить влияние крепкого спиртного на наши с тобой способности.

– Не понял, а что ты хочешь?

– Собирайся, вогул, пойдём к твоим соседям, к староверам твоим Казанским. Выменяем у них чего-нибудь на водку да закуску какую-нибудь! А то мы тут с тобой раньше времени духовного просветления достигнем, а похмелье так и не познаем.

Поход в Казанцевский скит

Почти каждый вогул с момента рождения и до конца жизни впитывает опыт и умения своего народа. Мальчики учатся охотиться, заботиться о ездовых собаках и управлять ими в пути, нехитрым ремёслам – таким, как выделка кожи, шкур, а из разноцветных камушков, которые можно в изобилии находить в древних Уральских горах и предгорьях, мастерить нехитрые украшения, которые незатейливым орнаментом отличали каждый семейный род друг от друга.

Иван по прозвищу Хоза Лей, Волк, по-мансийски, был истинным сыном своего народа. Он умел всё, чему за многие сотни лет научился этот народ, пытаясь выжить и приспособиться к условиям сурового северного края, куда выпала судьба попасть и Артёму. За более чем три года отшельничества у Ивана было достаточно много времени, чтобы оттачивать и совершенствовать племенные ремесленные умения, заполняя одиночество.