Переплетение душ

Она создала себе на зиму уютное гнездо в барском поместье и изредка выбегала из своей норы, чтобы по созданному ей самой удобному маршруту втихомолку пробраться на кухню, наворовать всякой съестной всячины и с довольным видом вернуться в свое милое уютное жилище.

Видимо, дорогой друг, мышь жила по созданной ей самой системе, и время в этом движении играло очень важную роль. Ведь мышь даже не обратила внимание на происходящее вокруг и без страха и упрека двинулась к своей цели. Она не предвидела, что в комнате находится умалишенный человек, который просто по неизвестным причинам ни мне, его господину, ни окружающим его товарищам, вообще не поддающимся здравому смыслу, совершил невообразимое человеческому мышлению действие.

Он начал ловить это существо, что привело к тому, что люди, находившиеся в этом помещении, попали в неловкое положение. Естественно, нашему герою плутовку поймать не удалось, она отреагировала на создавшийся кавардак тем, что резко вернулась в свое безопасное убежище и решила переждать до лучших времен.

Меж тем Грегорий начал яростно скрестись, что-то урчать, шипеть и метаться. Я не выдержал и обратился к управляющему:

– Ну, что ты стоишь, Господи Боже мой, вели его схватить и унести в другую комнату. Вызови лекаря, и все вместе ждите меня там. А отнести бедолагу вели-ка в библиотеку, и немедля. Я на кухню пойду, что-то мне нехорошо, воды попью. Ужас какой-то здесь творится у вас. Но ничего, я порядок-то наведу.

Михаил Соломонович не заставил себя долго ждать.

Он велел двум своим соратникам из числа слуг схватить Грегория и отнести его в библиотеку, а сам побежал за лекарем и вместе с ним явился в пункт назначения. Я же кое-как, по стенке, прямо сказать, добрался до кухонного помещения и у Глашки, которая там суетилась, готовя ужин, попросил чарку водки.

– Одну минуту, барин, – ответила она. – Эх, и жаль же мне вас, прямо лица на вас нету.

– Будет тут лицо. То, что у вас в поместье творится, называется кавардак.

Выпив водки, эх, и хороша она в этом временном измерении, я попросил кухарку налить мне целый графин этого чудного напитка. «Чудного напитка!?» – воскликнете вы, дорогие мои читатели. «Что за кощунство? Как можно водку называть чудным напитком? Водка – это яд! Между прочим, загубивший не одну человеческую душу!»

Знаете, дорогие друзья, пускай вы меня, быть может, осудите, и даже я, скорее всего, опущусь в ваших глазах. Но все же попытаюсь оправдаться.