Война солнца

– Если это так, то при формировании могли выделиться токсичные пары, – рассеянно говорит Григорий, все еще растирая вещество на пальцах.

– Это правда. Выжившим есть о чем подумать.

После этого мы копаем в тишине. Запах смерти окружает нас, но ни Григорий, ни я этого не признаем. Иногда мы делаем паузу, чтобы отдышаться и согреть руки. В каждый такой раз я пробую спутниковый телефон и рацию, и каждый раз Григорий зовет Лину.

Никто из нас не получает ответа.

Поэтому мы продолжаем копать.

Я хватаю один конец жесткой пластиковой стены, Григорий – другой, и мы вытаскиваем его из кучи.

Внизу лежит металлический стол с разбитым плоским экраном посередине. Григорий знает, что это, и я тоже – это часть нашего командного пункта. Если Лина была в нем в момент столкновения, то мы уже близко.

Вытащив стол из-под обломков, мы продолжаем копать. Если бы это здание было построено традиционным способом, как, например, в Америке, из стали и бетона, гипсокартона и дерева, мы бы ни за что не смогли бы так быстро откопать его вручную.

Но здания в лагере № 7 были быстро возведены из легких материалов массового производства. Тяжелые материалы разбить и сломать было бы не так просто.

Я собираю куски столешницы и выбрасываю их из кучи. Несколько дней назад мы писали на этой доске, настраивая наш план по предотвращению столкновения с теми тремя большими астероидами. Теперь мы собираем все по кусочкам – в буквальном смысле слова, потому что мы пропустили настоящую атаку.

Я скучаю по этому.

С каждым кусочком обломков я не могу не думать: без НАСА какой у нас шанс? Возможно, у Стран Каспийского Договора или Тихоокеанского Альянса есть командный центр, о котором никто не знал и который пережил эту атаку.

По правде говоря, мы должны подняться в космос и начать сражаться с новым «сборщиком». Что еще более важно: нам нужно знать, с чем мы имеем дело. И кто остался в живых, чтобы бороться с этим.

Я чувствую, как что-то влажное опускается на мои уши и волосы.

Посмотрев вверх, я понимаю, что вокруг кружатся песчано-коричневые снежные порывы ветра. Зима действительно вернулась, и причем вокруг достаточно холодно, чтобы снег выпал и не растаял.

– Джеймс! – вскрикивает Григорий и начинает яростно копать, отбрасывая с дороги изуродованный офисный стул, потрепанный планшет, а затем – модельный космический корабль, разлетающийся на много осколков.

У его ног я замечаю предмет одежды: синие штаны.