Счастливый Цезарь

Не конец, а начало позорной гражданской войны, и сколько бед тем, над которыми ты хочешь властвовать…

– Твой сон. Он – вещий, Цезарь, – произнес прорицатель. – Но если ты не веришь снам, погляди на птиц и загадай.

Стайка черных точек, напоминавшая мух, парила высоко в светлом небе.

– Ну, погляди! – голос прорицателя зазвенел, – гляди!

Птицы повернули направо.

– Ура! Ра! Ра! – хрипло понеслось по равнине. Как боевые кони, солдаты нетерпеливо переступали с ноги на ногу.

Вынырнувший краешек солнца ярко засиял тысячей бликов и огней, отразившись в металле.

– Что ты медлишь, Цезарь! Мы верим в твое счастье. С тобою богиня удачи. Веди нас!

– Не мне везло. Не везло другим, – пробормотал Цезарь, будто просыпаясь от какого-то своего внутреннего сновидения.

Он повернулся назад, лицом к застывшим и ждущим его приказаний железным солдатам Рима. Холодным огнем горело утреннее светило в тысячах нагрудниках.

– Ну что ж, – Цезарь вздохнул, – жребий брошен. Но видят боги, я здесь ни при чем. – Он поднял руку, взмахнул ею, и двинулись когорты, металлом разбрызгивая нежную утреннюю воду.

Глава III. Добралась наука до человека

Приход духов предвидеть нельзя.

И как можно относиться к ним безразлично?

(Ши Цзин (Книга песен) VIII–IX век до Р. Х.)

Учитель сказал: «Обладаю ли я знаниями?

Нет, но когда низкий человек спросит меня,

то даже если я не буду ничего знать, я смогу

рассмотреть вопрос с двух сторон и обо всем

рассказать».

(Конфуций «Беседы и высказывания»)

Добралась наука до человека. И таких, как Цезарь, приготовилась объяснить. Проникло знание в живое поле жизни: впрыснул химию запрета и глядь! Как ветром сдуло жажду власти. Серотонончик в крови понизился и лимфу жадным чувством править не тревожит. А кортизола добавь, к примеру, – вмиг опустеет сердце, любовный трепет покинет душу, и безразличное придет смиренье.

Вот почему вожаки минувших дней мутили воду непрестанно и в поданных поддерживали напряженье. От напряженья – кортизола больше, а тестостерона, который заведует страстями – меньше. Вот и угрозы нет – покорны слуги, и вянут враждебные чувства. А вожаки ликуют: у вожаков, ведь, химия другая, и кортизол тестостерону не помеха, не то, что у робких сердцем.