Большая игра

Само собой, Москва взяла на контроль это дело. Тогда удалось быстро выйти на двух отморозков: Кощея и Зайца. Опера немного опоздали, Кощея за день до ареста, зарезали в пьяной драке, а Заяц на допросах пошёл в полный отказ. В день, когда был совершён разбой, он с язвой желудка валялся в сельской больнице. Была даже справка в деле. Её-то Мина и настойчиво посоветовал оперативнику Печорину из дела изъять.

Быстро отчитались перед Москвой о раскрытии преступления. К тому времени Заяц повесился в камере, а вскоре задержали на квартирной краже одного уркагана по прозвищу «Халявый», это был двоюродный брат Кощея.

Он-то и поведал нам, что были они вдвоём с Кощеем в этой злосчастной квартире. Именно Кощей и тюкнул бабку гантелью по голове.

Заяц из камеры отправился на кладбище, а в неё взгромоздился оперативник Печорин. Мина же на голубом глазу заявил, что про справку из деревенской больницы слыхом не слыхивал, и куда она делась, не знает. Отгрёб Печорин бы реальный срок, но начальнику отдела Газитуллину, должны были присвоить полковника, и ЧП с кадрами ему было ни к чему.

Спасая свои полковничьи погоны, он ужом вывернулся, но дело замял, и Печорина из камеры выдернул.

Страсти улеглись, и Печорин со временем стал заместителем Мины. Внешне они вели себя друг с другом благопристойно, но разок по пьянке, Печорин сильно начистил рожу Минвалиеву. Историю эту я услышал от самого Печорина.

Удар по яйцам всегда эффективен, а моё упоминание об этой неприглядной истории имело для Мины такие же последствия.

Долго он не мог очухаться, и хлопал губами. Наконец овладел собой на столько, что мог связно говорить, процедил сквозь зубы:

– Ладно, занимайся Колымой, если считаешь нужным. Иди!

Мина уткнулся в бумаги, давая понять, что разговор закончен. Ну вот, я в новой жизни приобрёл первого врага. Впрочем, невелика проблема! Пока же я получил карт-бланш. Правда, только на сегодняшний день.

Я еще раз опросил Нуртына, Манька и Манюню.

Куча народа побывала в тот злополучный день у Колымы, и пришлось всех вытаскивать. Большую помощь оказал мне в этом деле Шергин. Но итог неутешителен: никто из них не мог убить Зинку.

Пришлось начинать всё сначала. И тут, Нуртыну и Маньку надоело на нарах чалиться, они зашевелили мозгами и вспомнили, что был ещё один, кого я не опрашивал. Звали парня Витёк, он якобы даже запал на Зинку. Но кто это такой, и где живёт, никто не знал.