Большая игра

За те несколько десятков лет, что скитаемся мы по пустыне, Моисей неизменно делал стоянки так, что бы до египетских крепостей было не больше дневного перехода. Основав становище, он отправлял караван под охраной людей из колена левитова за провизией. Вот и сейчас мы прибыли в крепость Нехеб за зерном и хлебом.

– Что за жизнь у нас? За что Моисей привёл нас в пустыню?! – горестно вздыхал Корей, когда мы возвращались обратно.

В последнее время он часто заводил подобные разговоры, и они уже изрядно надоели мне.

Я молчал, а товарищ мой и не требовал ответа. Однако вскоре прискучило ему говорить с самим собой, и он возопил:

– Моисей обещал нам землю обетованную! Скажи Иексей те пески и камни, где мы прозябаем, и есть та земля?!

– Ты забываешь Корей по чьей воле мы здесь! – со вздохом ответил я. – Господь избрал народ израильев, а месшиах Моисей ведёт нас по пути избранному.

– По воле Хоремхеба мы здесь! – взвизгнул, брызгая слюной Корей. – Но он уже давно мёртв! Зачем же Моисей держит нас в пустыне и не ведёт в земли Хаананские?!

– Не забывай Корей, месшиаху видней что делать! А наш долг служить ему! И оставим этот разговор.

Ты прекрасно знаешь, что ждёт того, кто идёт против Моисея!

– Знаю, – буркнул Корей, и больше уж ничего не говорил.

В лагерь мы прибыли в полдень. Весь народ израильев собрался на минху – полуденную молитву. Каждый стоял у своего шатра и смотрел как Моисей и Аарон направлялись в скинию – переносной храм, в котором Моисей общался с Богом.

Для скинии выбран самый большой шатёр , он огорожен кольями, которые укрыты льняными материями.

Мы всегда привозили провизию именно в это время. Никто не должен видеть, сколько зерна и мяса доставлено в лагерь. Всё мешки выгрузили у шатра Зераха, который со своими сыновьями отвечал за провизию в нашем становище.

Что бы больше не слушать причитания Корея, я отправился в свой шатёр. Но по дороге захотел попить, а как раз, и колодец рядом. Около него набирала воду, какая-то девушка, лет пятнадцать не больше.

Льняная ткань, скреплённая на плечах верёвочками, а на талии кожаным ремешком, хорошо подчёркивало её стройную фигуру. Такое одеяние у египтянок зовётся – капазирис. Уставившись на выпирающую грудь девушки, я открыл свой беззубый рот, позабыв обо всём на свете. Девушка, подхватив кувшин, попыталась пройти мимо меня, но я ухватив её за руку, спросил:

– Как тебя зовут?

– Агарь, – склонив голову, ответила девушка.