Большая игра

В метрах десяти от гаража рассыпана большая куча песка. Проходя мимо, я уронил ключи в песок. Наклонившись, увидел жука, ползущего около связки ключей. Взяв пригоршню песка, я засыпал его. Жук вылез на поверхность. Я снова засыпал его, но тот вновь вылез. Так вместо того что бы идти домой, я забавлялся с жуком. Жёлтый песок вновь и вновь, заваливал жука, но он упрямо вылезал на поверхность, и продолжал свой путь. Тогда я снова брал в руки пригоршню песка и сыпал на упрямого жука. Кто-то толкнул меня в плечо, и прервал эти забавы.

Оглянувшись, я увидел Элксая.

Глава 7

Кто-то толкнул меня в плечо, и прервал мои забавы с жуком. Я оглянулся, передо мной стоял сухонький, сморщенный, старичок, это был Элксай.

– Что ты хочешь брат? – спросил я старика.

– Оставь в покое жука! – сказал Элксай . – Вставай, и пойдём со мной. Моисей призывает тебя к себе.

Шатёр Моисея находился вне нашего стана, рядом со скинией. Моисей восседал на подушках. Одесную[8 - Одесную – справа на библейском языке.

] от него сидел брат его Аарон, наш первосвященник – коханим, так он зовётся.

Напротив них, около входа, сидел Корей. При нашем появлении, он хмуро взглянул на меня, и уставился в землю.

– Присаживайся с нами Иексей, – сказал Моисей.

Я хотел сесть рядом с Кореем, но Элксай толкнул меня, и уселся между нами.

Моисей, меж тем погладив свою длинную, седую бороду, и продолжил:

– Тобой кое-кто недоволен Иексей.

– Я не понимаю тебя месшиах, – ответил я, облизав пересохшие губы.

Моисей взглянул на Аарона, и тот сказал:

– Мы хотим разобраться с этим делом без лишних ушей. Потому и собрали вас всех здесь. Корей зол на тебя Иексей.

– Откуда быть недовольству мной? Объясни коханим! – развёл я руками.

– Что ж объясню, – кивнул Аарон. – Ты приблизил до себя служанку Агарь. И что уж совсем плохо, не допускаешь в ложе своё, жену Фамарь.

Это верно, с тех пор как познал я Агарь, дряблое тело жены противно мне, и гнал я её от себя.

Сам же каждый день входил в юную деву, но признаваться в этом здесь я не собирался.

– О чём ты говоришь коханим?! Я не понимаю тебя, – молвил я, наклонив голову, что б никто видел смятения на моём лице.

– Он не понимает! – взмахнул руками Корей. – Моя сестра Фамарь жаловалась на тебя! Говорила, что ты уже месяц не допускаешь её до себя. С тех пор как пригрел у себя эту грязную Агарь.