Хроника кровавого века – 2. Перед взрывом

Когда он окончил, Дурново сказал:

– Я понимаю тревоги полковника Герасимова. Однако, большинство участвующих в нашем совещании, высказывается против ареста Совета народных депутатов. Это усугубит и без того критическое положение. Я склоняюсь к мнению большинства.

– А я целиком согласен с полковником Герасимовым, – ответил Акимов. Он посмотрел на Дурново: – Если вы как министр внутренних дел не считаете возможным принять предлагаемые полковником меры, то это сделаю я.

Подойдя к столу, Акимов взял лист бумаги, обмакнув перо в чернила, стал писать.

Закончив, подошёл к Герасимову.

– Полковник Герасимов, я как генерал – прокурор Империи, уполномочиваю вас произвести арест Совета народных депутатов. Вот вам постановление на арест, – Акимов отдал Герасимову лист бумаги.

– Ну, теперь ждите революцию! – воскликнул Рачковский.

Вечером 3 декабря, батальон Семёновского полка оцепил здание Вольного эконмического общества, где заседал Совет народных депутатов.

Герасимов в сопровождении городовых и жандармов вошёл в здание. Лев Троцкий в этот момент как раз выступал на трибуне

Через два дня Герасимов опять приехал к Дурново.

– Ваше высокопревосходительство, от своих агентов я получил информацию о том, что революционные партии на арест Совета народных депутатов в Петербурге, планируют ответить забастовкой, а потом вооружённым восстанием, – докладывал он, – по плану, восстание должно начаться вначале в Москве. Затем в Петербурге и далее по всей России.

Шестого декабря в Москве должен собраться Всероссийский железнодорожный съезд. Поводом для проведения съезда послужил пересмотр устава касс взаимопомощи железнодорожных служащих. На этом съезде примут участие члены революционных партий. Они протолкнут решение съезда, о начале всеобщей забастовки на железной дороге. Цель этой забастовки, сделать невозможным переброску войск по железной дороге, для подавления восстания в городах Российской империи.

– Вы не сгущаете краски Александр Васильевич? – с сомнением сказал Рачковский, сидевший в кабинете министра внутренних дел. Он посмотрел на Дурново: – Пётр Николаевич, давайте не будем спешить. Я поеду в Москву и разберусь там в ситуации. Оттуда телеграфирую вам.

– Да поезжайте Пётр Иванович, – кивнул Дурново, – после вашей телеграммы мы примем решение.

Однако в Москву Рачковский не поехал, а сказавшись больным, заперся дома.