Преданье тёмной старины. Пути изгоев

Галдят генуэзские купцы в парчовых котта,[60 - Котта – средневековая одежда с узкими рукавами] неспешно шествуют согдийцы в белых чалмах и полосатых халатах. Русские купцы в длинных рубахах, опоясанных красными кушаками, рассматривают вина. Византийцы в украшенных золотой вышивкой туниках беседуют между собой, и следят, как с галер разгружают их товар. Базар в городе располагается прямо в порту, куда причаливали купеческие галеры. Товара здесь всякого полно: шёлк из Китая, венецианская парча, вина бургундские, флорентийские, рейнские и византийские.

Халва и щербет из Согдии, а так же драгоценные камни из Константинополя. Яков ходил по базару, пробовал сочные персики и румяные яблоки, глазел на купцов.

– Эй, молодец, отведай сурины, она послаще вашей архи[61 - Арха – алкогольный напиток из перебродившего козьего молока.] будет, – крикнул ему старик, бронзовый от загара и седой словно лунь, в белой холщёвой рубахе.

– Наливай, – улыбнулся Яков, – только она у нас медовухой зовётся.

– А что кыпчакам степь надоела, и они бродят по лесам, мёд добывают?! – удивился старик, протягивая Якову чашу со сладким мёдом.

– Я не половец, а русский.

– А по виду кыпчак, – покачал головой старик.

Яков одет как кочевник: войлочный кафтан, на голове баранья шапка – колпак, опоясан широким войлочным поясом, на котором подвешена кривая половецкая сабля и кресало.

Почти два года прошло с тех пор, как Яков, Алёша и Ефимка покинули Москву. Теперь они жили в степях Таврии, в орде кыпчакского хана Бачмана.

В декабре 1220 года купец Ердос привёз их в Сурож, а в конце декабря кыпчаки отмечали свой праздник «карачун». Отмечали его, когда наступал самый короткий день в году. «Карачун» с кыпчакского языка переводится: «пусть убывает». После зимнего солнцестояния, ночь убывает. Во время карачуна, кыпчаки, кочевавшие в низовьях Алтая, наряжали елку, росшую возле их становища, водили вокруг неё хороводы, танцевали и пели. В степях Тавриды ёлку найти трудно, потому наряжали можжевельник.

Ердос в праздник карачун повёз товар на продажу в орду Бачмана, который кочевал неподалёку от Сурожа. Алёшу, Ефима и Якова он взял в качестве охранников. В курене[62 - Курень – огороженное повозками поселение кочевников. Со временем это слово перекочевало в обиход Донских и Запорожских казаков, так стали звать усудьбу казака.] Бачмана пили арак,[63 - Арак – перебродивший алкогольный напиток из кобыльего молока.] пели песни и плясали.