Кровь алая 3: Верблюд в игольном ушке

Вдобавок, Николай Миронов имел нос – картошкой, всё это делало его похожим на Иванушку – дурачка из мультфильма «Конёк Горбунок».

Между тем Николай Миронов ничего не сообщал Березовскому. Тот узнал о шашнях Фимы с «отмывкой» денег от Марины Аккель, муж которой – Сергей Вощагин занимал крупный пост в Росфинансмониторинге[88 - Росфинансмониторинг – федеральная служба по финансовому мониторингу. Осуществляет функции противодействия легализации (отмыванию) доходов полученных преступным путём, а так же противодействию финансирования терроризма.

Эта служба организована в 2001 году.]. В своё время Фима решил, что он может оказаться ему полезным. Финкель уступил Марине Аккель пакет акций в «Семагобанке», и ввёл её в совет директоров всех своих пяти банков.

Марина оказалась умной, а это Фима в женщинах ценил больше всего. Вскоре они стали любовниками, и в один прекрасный день, разморённый от ласк Марины, Финкель поведал ей о своей гениальной финансовой комбинации. То, что Марина по поручению Березовского приглядывала за ним, Фиме в голову прийти не могло.

***

Мамонтов получив сильный толчок от Эми Самикова, схватился за него, и, падая, увидел, листы метала, съезжающие из пачки и двигающиеся на них. Мгновенная реакция в опасные моменты, не раз выручала Андрея Мамонтова. Упав на пол, он старался втиснуться в маленькое расстояние между стеной и гильотиной, и одновременно, одной рукой, тащил к себе Эми Самикова. Мамонт и Чех, умудрились втиснуться в проём шириной и длиной в полметра.

Туловища они уберечь смогли, а ноги остались снаружи. Когда металлические листы застыли на месте, Мамонтов спросил:

– Ты цел?

– Нога, – сквозь зубы процедил Самиков.

– Какая? – полюбопытствовал Мамонтов.

– Левая, – ответил Эми, – кажется, она сломана.

– Интересно, – усмехнулся Мамонтов, – у меня, похоже, эта же история с правой ногой.

Их обоих с переломанными ногами и многочисленными порезами, отправили в тюремную больницу в Нижнем Новгороде. Само собой, как бывшие сотрудники, они оказались в одной палате.

– Странная вещь, – сказал Мамонтов в первую же ночь, – ты, зная, что я собираюсь тебя убить, лезешь спасать меня.

– Обычное дело, – улыбнулся в темноте Эми.

– Да нет, – Мамонтов встал и доскакал на одной ноге до кровати Самикова. Сев на неё он продолжил: – Меня бы пополам перерубило, и твои проблемы решились сами собой.

– Без проблем скучно жить, – ответил Самиков, – теперь ты легко можешь доделать то, что обещал.