Оборотень с границы

Да что происходит?

Попытался встать, но на плечи давила невыносимая тяжесть. Я постарался сосредоточиться, но мысли путались, а картинка перед глазами начала расплываться. Потряс головой и вдруг поймал на себе торжествующий взгляд Альберта. Твою ж такую дивизию, что происходит?

– Добрый день, граждане! – раздался вдруг громкий голос, и меня как будто ледяной водой окатили. Мысли прояснились, а картинка вокруг стала четче. – Кто вызывал полицию?

Альберт скривился и закрыл глаза. Вот зараза! Он же наверняка не один пришёл со мной разговоры разговаривать! И сейчас кто-то пытается ему помочь, а для этого надо взять нас под контроль.

Просто у помощника, видимо, нервы не выдержали, когда полицейские голос подали, вот и давление исчезло. А воздействие неслабое было, уж я-то точно знаю. Такое даже большому умельцу не сотворить, по-любому артефакт с энергией нужен.

Меж тем работники нашего кабака и немногочисленные посетители, наваждение у которых тоже исчезло, недоуменно переглядывались между собой, пытаясь понять, что же такое только что с ними происходило.

– Я ещё раз спрашиваю, граждане, – повысил голос полицейский. – Кто вызывал полицию?

– Я вызывал, я! – оживился директор. – Надо задержать!

– Кого? – с ленцой спросил один из блюстителей порядка.

– Эээээ, – замешкался было директор, а я, понимая, что Эдик опаздывает, судорожно заскользил взглядом по собравшимся, пытаясь прикинуть, кто же из них сообщник Альберта. Что буду делать дальше, я пока не представлял, но надо хотя бы понимать…

– Вот его, – судя по всему, директора в очередной раз взяли под контроль.

Опять дёрганные движения и истерика в голосе. Вячеслав Геннадьевич тыкал в меня пальцем, подпрыгивая на месте от возбуждения. – Нашего бывшего начальника охраны. А вот этого джентльмена надо освободить!

– Джентльмена? – хмыкнул полицейский и, раздвинув стоявших людей, подошёл к нам с Альбертом поближе.

– Мужик, ты зачем его связал? – спросил он у меня. Я посмотрел полицейскому прямо в глаза и успел заметить, как его зрачки подернулись дымкой, и он, ничего больше не выясняя, вскинул на меня автомат и передернул затвор.

 – Развяжи его!

– Спокойно! – я поднял руки, показывая, что безоружен. – Товарищ старший сержант, я начальник охраны этого…

– Развяжи его!!! – дурным голосом заорал полицейский. – Делай, что тебе говорят! Быстро! Или я тебя сейчас пристрелю здесь!

А ведь и правда пристрелит. Самое интересное, что он и лица моего не вспомнит потом.