Потому что могли

«На самом деле, откуда они? – подумал он. – Существует множество гипотез происхождения этих странных сущностей, но они так и остались гипотезами. Амазонка утверждала, тени их слуги, а вот об их возникновении жрица патогенеза тоже не знала. А то, что странные сущности являются серышевцами в будущем – чушь, не более».

Микки поделился соображениями с Непорочными Отцами.

– Понимаете в чем тут дело, – неуверенно произнес один из них. – Мы имеем на руках скользкий случай. Фактов недостаточно. Амазонка говорит о великом исходе, а его не было.

С другой стороны мы не знаем, что она подразумевает под ним, ну и, кроме того, не забывайте, что мы имеем дело с представителем отставшей в развитии цивилизации. Я бы сказал, с представителем аномального социального образования. Заметили, как амазонка вела себя на заседании?

– Следствие зашло в тупик, – вступил в беседу другой. – Правда на этот случай есть соломоново решение. Неоднократно оно практиковалось. Просто Наставник решал, что истинно, а что нет. Поэтому… Какие ваши выводы?

– Но… – Микки удивился.

 – Я являюсь Верховным Судьей, а не…

– Господин Старфилд, давайте не лицемерить. Все прекрасно знают, вы вот-вот станете Наставником. Так что решайте. А назначение вас на должность – вопрос нескольких часов. Формальность.

– Тогда проще вычеркнуть амазонку из истории.

– Мудрое решение. Мы так и сделаем.

– Погодите, но ее видело множество людей.

– Мы скажем им, чтобы они не распространялись о ней, обосновав, естественно, наш запрет.

Микки еще больше удивился.

Вот так просто и безапелляционно принимаются решения Наставником? Не глядя? Это походило на игру. Подбрасывалась кость, и говорилось: выпадет четное число, сделаем так, если нечет, то иное решение. Казалось, глава «Комитета», что держит в своих руках нити, связывающие подчиненных, чутко реагирует на их колебание, а выходило наоборот – самоуправство.

– Мне приятна оказанная честь, – медленно, подбирая слова, проговорил Микки. – И все ж странная традиция принимать безоговорочные решения.

– Так было всегда, господин Старфилд. И мы ее не собираемся менять. Да и следуя логике иерархии, Наставник – последняя инстанция. Хоть мы и называемся Непорочными Отцами, что вроде бы предполагает нашу беспристрастность и объективность, но глава имеет право вето, значит, он – истина.

– А если он, – Микки проглотил слово, но все ж осмелился произнести. – А если Наставник ошибся?

– Абсурд. Быть того не может.

Голос Непорочного прозвучал уверенно.