Избранник смерти

– Все мы просто люди: и благородные, и простолюдины, и бедные, и богатые, – сказал он красивым музыкальным голосом и кивнул мне в знак знакомства.

– Лука, ты бы следил за языком. Особливо в столице, – мрачно выдал Всеволод, наворачивая деревянной ложкой гречневую кашу с мясом и сливочным маслом. – А то, не ровён час, в революционеры тебя запишут. В Петрограде снова шевеления всякие происходят, будто бомбистам не хватило прошлой Кровавой осени. Дворян тогда резали, как свиней.

– А сколько погибло простых людей?! – вскинул голову Лука, не донеся до рта смоченный в молоке кусок пшеничного хлеба.

– Да кто их считает твоих простых людей-то? Они, как мухи, снова наплодятся. А вот дворянские фамилии безвозвратно потеряли многих своих сынов и дочерей.

– Ну будет вам, будет. Не хватало ещё поссориться, – проворчал Илья Макарович, зыркнув на обоих из-под насупленных бровей.

– Да ещё в такой чудесный день, – сострил Лаврушка под уханье грома и лихо мне подмигнул. Мол, оценил?

Я кивнул и принялся половником наливать из чугунка ароматные щи из свежей капусты.

Делать это приходилось собственноручно, поскольку старик Астафьев не позволял слугам прислуживать за столом, аргументируя это тем, что тогда внуки совсем разленятся.

– Илья Макарович, а вы чего не едите? – спросил Всеволод, глянув на нетронутую тарелку деда.

– Отчего не ем? Дык на любимых внуков смотрю, – попытался пошутить старик.

– Тогда бы, дедушка, вы бы только на меня и смотрели, – снова сострил Лаврушка и заработал тяжёлый взгляд старшего брата.

Но паренёк не стушевался. Выпятил грудь и улыбнулся.

– Стало быть, раз повидались, то можно нам и в столицу возвращаться. Завтра снова учёба, – проговорил Всеволод. – А ежели Петровы придут, то вы, Илья Макарович, спровадьте их, а затем сразу же телефонируйте мне. Я на следующий же день примчусь и сам с ними буду вести разговор. Благо, я на хорошем счету в кадетском корпусе, так что мне позволят пропустить несколько дней.

– А если Петровы дедушку на ножи поднимут? – тревожно произнёс младший Астафьев.

– Не поднимут, – убеждённо усмехнулся старик. – Поезжайте в Петроград со спокойной душой, да Луку возьмите.

– Возьмём, – кивнул Всеволод и покосился на двоюродного брата.

– Судари, не будете ли вы против моего участия в этой поездке? – встрял я в разговор. – Мне страшно жаждется поглядеть на Петроград. Авось я что-то и вспомню.

На самом деле мне хотелось посмотреть на столицу с точки зрения начинающего предпринимателя.