Мемуары цифровых изгоев

Два ядра попали в корму «Черепахи». На торговце, словно муравье, беспорядочно забегали люди. Повторный залп – и еще одно ядро попало в корабль: на этот раз ниже ватерлинии. Процентов тридцать прочности судна как морская корова языком слизала.

В воздухе запахло порохом. Азартно кричали матросы, видя результат своих действий. «Черепаха» загорелась. Клубы густого дыма поднимались из её трюма. Торговец не сдавался, он пошел на разворот, чтобы использовать свои пушки.

Мой выход. Я портанулся на палубу «Черепахи».

На меня никто не обратил внимания, словно я не существовал для них. Матросы в кажущемся беспорядке бегали по кораблю, не замечая нового персонажа, появившегося на борту.

Я вызвал Раахуша. Сначала я не понял, кто явился по велению навыка. Джинн был вооружен большим обоюдоострым топором, который он держал в правой руке, и искривленным посохом в левой. На нем был длинный черный плащ с глубоким капюшоном, который словно крылья развивался на ветру. Тело Раахуша оказалось заковано в угрюмо блестящие рыцарские доспехи, покрытые чем-то черным, стекающим на палубу.

Твою мать, будто назгула вызвал. Я почувствовал себя Сауроном.

– Убивай простых матросов, офицерский состав не трогай, хотя… штук пятнадцать всего людей оставь и капитана обязательно, – проинструктировал я его дрогнувшим голосом.

Он криво усмехнулся, радостно блеснув глазами. Этот Раахуш мало походил на того повелителя джиннов, которого я уже неплохо знал. Почему-то в голове возникло сравнение с прилежным семьянином, работающим в офисе, который по ночам надевает рыжий парик, красит ногти и идет в ночной клуб для трансвеститов.

Тем временем чернокожий маг взревел и начал шинковать неписей. Один удар его топора – матрос пополам, заклинание из посоха – сразу пару НПС рассыпаются в прах. Команда судна попыталась совместными усилиями дать ему отпор, но это было подобно тому, как если бы маленькая соломенная хижина, бросила вызов могучему урагану.

Раахуш разил без пощады, он не ведал жалости.

Удары его топора были страшны. Особенно ловкий моряк успел пригнуться и пропустить лезвие топора над головой. Оно врезалось в мачту, врубившись на треть толщины. Моряк еще не успел осознать, как ему повезло, когда заклинание джинна превратило его в воющий от боли огненный факел. Я отвернулся от неприятного зрелища. Ну, на хрена же так реалистично? Внутренний голос ответил: «Сам виноват, покопайся в настройках и убери „раны“ и сцены особой жестокости».