Мемуары цифровых изгоев

– Я тоже так подумал и решил, что это вопиющая несправедливость оставлять тебя в визуальном неведении относительно такого красочного выступления, где ты в главной роли, – произнес Чертовсон, злорадно ухмыляясь, и еще больше обнажая клыки.

– У тебя, значит, есть шпион среди их клана? – спросил я, просто чтобы поддержать разговор, так как ответ, в общем-то, не требовался, ведь я его видел. Орк согласно кивнул головой. – Не боишься доверять мне такую информацию?

– Ты же поклялся, что не выдашь ее третьим лицам, – спокойно сказал Чертовсон.

– В «святых», я так понимаю, у тебя тоже есть крот?

– Если представить гильдию как сыр, а шпиона как дырку в этом сыре, то «святые» это один из самых ноздреватых сыров в Иллирии.

– Да уж. А то я всё никак не мог отделаться от чувства, что за мной иногда не следят, – иронично пошутил я.

– У меня много глаз и ушей.

– Что-то ты больно откровенен, – подозрительно протянул я, нахмурив брови.

Чертовсон ухмыльнулся.

Он вальяжно произнес:

– Я отдаю себе отчет в том, что делаю.

– Ты пришел лишь ради того, чтобы передать видео?

– Не только… Ты общался с другими Владыками? Что тебе известно о них? – напрямую спросил он, внимательно следя за выражением моего лица.

– Нет, и ничего, – соврал я, не моргнув глазом, и не став упоминать о письме от одного из них.

За всей этой беготней, случившейся с того приснопамятного момента, в голову только недавно пришла замечательная мысль, что по вензелям на письме, можно многое понять: достаточно пообщаться с каждым Владыкой и прикинуть – кто может такие использовать? Думаю, квест как раз и рассчитан на то, чтобы я познакомился с коллегами по цеху – это же классика.

Тем временем орк сделал несколько шагов, сел на траву, возле прогоревших остатков моего костра, и внушительно проговорил:

– Тогда я кое-что тебе расскажу.

Чертовсон отложил шестопер и накидал в пламя веток из приготовленной мной кучи. Взвилось пламя. Оно принялось танцевать под напором ветра, дующего с океана. У меня в голове такие огненные танцы всегда ассоциировались с извивающимися под музыку стриптизершами. Сейчас же мне там виделся орк, отрывающий эльфу уши. Чур меня, чур.

Чертовсон, протягивая громадные ручищи над костром, признался:

– Люблю смотреть на огонь. Успокаивает он меня.