Одаренный. Третий шаг

Слуша… – я оборвал себя на полуслове и торопливо выдохнул: – А где Тетсуя?

Все как-то сразу начали отводить глаза, кроме Ленки. Она их ещё больше вытаращила и выдохнула:

– А это ещё кто такой?

Ах да, она не знает о существовании живого оружия. Но вот почему молчат Пышкин и Каринэль. Моё сердце тут же кольнуло нехорошее предчувствие.

– Он того… погиб? – прошептал я, сглотнув ком, вставший в горле.

– Угу, – прошептал кот, грустно опустив голову. – Мы с ним не ладили, но что уж теперь вспоминать прошлое.

– Как? Что с ним произошло? Кто-нибудь знает? – выстрелил я вопросами, ощущая нарастающую душевную боль.

– Мария сказала, что он превратился в лужу металла. Но и кнут демона погиб. Частички душ, заключённые в них, схватились не на жизнь, а насмерть, – приглушённо произнесла Каринэль.

– Мля-я-я-ять, – простонал я, откинув голову на подушку и уставившись в лепной потолок.

– Частички душ? Кнут? – не к месту ещё больше изумилась эльфийка. – Вы должны мне всё рассказать!

– Мы тебе ничего не должны! – огрызнулась вампирша.

Кот заинтересовано посмотрел на них и азартно прошептал мне на ухо:

– Ставлю сотку, что Каринэль уделает Ленку.

– Так, дамы, оставьте меня, – резко попросил я. – И Пышкина с собой возьмите. Мне надо побыть одному.

Девушки недовольно покосились на меня, но комнату покинули. Кот ушёл следом за ними. А я остался лежать на кровати. Мне было искренне жаль Тетсуя. Я будто потерял близкого человека.

Ну а если откинуть эмоции и посмотреть на смерть клинка через призму голого расчёта, то выходит, что мои боевые возможности без него рухнули вниз.

А тут ещё этот демон… Он залижет раны и вернётся за мной. Не знаю, когда это произойдёт, но нелюдь снова явится по мою душу. И теперь эффект неожиданности будет на его стороне. Он вполне может ждать удобного случая и год, и два. А может уже на следующей неделе где-нибудь подкараулить меня. И без клинка мне с ним не справится. Демона ведь даже не остановила пуля из гигантского револьвера Константина. Я сам видел, как она вошла в его грудь и вышла из спины вместе с ошмётками плоти и осколками костей. Да у него в грудной клетке была такая дыра, в которую мог пройти мой кулак. А демон всё равно выжил… И как же мне его убить?

Я принялся размышлять над этим. И вскоре ненароком вспомнил свой то ли бред, то ли сон… Что могли означать слова матери? Точнее, не матери, а моего подсознания? Не могла же она с того света явиться к своему непутёвому сынку.