Нескучная история. Книга 2

Попойте с ним… Потому что он, как выпьет арманьяка… Как килькой закусит… У него душа рвётся по-русски петь, а я слов не знаю… Он тогда начинает возмущаться и говорит: «Какой же ты эстонец, если русских песен не знаешь?!» А я и не эстонец вовсе, хоть и живу в Эстонии! Я – латвиец вообще!.. Я и латвийских песен не знаю!.. Я вообще никаких не знаю!

– Как же вы не знаете латвийских песен? – перебил его Иван. – А эту вот: «Жгли мы замки русские, деньги их теперь на дне…» Не знаете? Латвийская народная нацистская песня… Ваши поют её там, подсвечивая ноты факелами… Я сам в интернете видел.

– Этого не может быть! – возмутился прибалт. – Какой же нацизм у нас?!

– Да-да… Какой же?..

– Это только самые глупые из наших могут такие песни петь!

– Ну, конечно. Вы им это обязательно скажите, когда домой вернётесь…

– Так я же не в Латвии живу! Я – в Эстонии!..

– А-а!.. Так это ведь в корне меняет дело!.. Я-то думал – Латвия!.. А тут – Эстония!.. Это ж небо и земля!.. Тут тебе Даугавпилс, а там – и вовсе Пярну… Тут те – Двинск, а там – Пернов!.

. Надо же так ошибиться! – Иван сокрушённо покачал головой…

– Да-да… Я и не пою никогда там, в Эстонии. Поскольку – не певец!.. Ну что?.. Придёте попеть со шведом?! – с надеждой в голосе спросил латвиец.

Друзья, а вместе с ними и Викентий, были настолько поражены просьбой прибалтийского гостя, что поначалу даже не знали, что ответить, поэтому воцарилась пауза. Латвиец с жалобной надеждой смотрел на них.

– Меня Урмас зовут, – протянул он руку ближе всех сидящему к нему Ивану.

 – Урмас Палубис…

– Иван, – ответил тот рукопожатием.

– Урмас, – протянул он руку Андрону… Таким манером сосед перезнакомился со всеми…

– Не знаю, – наконец сказал Иван, – я вообще-то тоже не певец…

– Я певица, – сказала Катя… – Выручим вас сегодня, так и быть.

Спевка была назначена на полдень. Шведский путешественник оказался высоким дородным мужчиной лет пятидесяти. Он энергично пожал руки Андрону, Ивану и Кате (Викентий предпочёл в гости не идти, сославшись на головную боль, и остался отдыхать в своём купе).

Но друзья подозревали, что дело тут вовсе не в головной боли, а в боязни встретить в коридоре «журналистов». Впрочем, обличать Викентия не стали…

Швед с Урмасом сервировали стол по мере походных возможностей. Еды и выпивки у них оказалось предостаточно. Фрукты, овощной салат и, конечно, сервелат нескольких сортов располагались на покрытом скатертью столике.