Мемуары цифровых святых

Я сам был свидетелем того, как оленю заклинанием снесло половину башки, а он повернул голову в мою сторону и подмигнул уцелевшим глазом. С одной стороны – полный фарш: мозги, кости, часть челюсти и разорванный язык, а с другой – все нормуль.

Благо, что игрок, который занимался истреблением Бэмби, играл с выключенными ранами, иначе он бы понял, почему чувак пятидесятого уровня, который из-за финансовой нужды оказался в низкоуровневой локации, чуть в обморок не упал. Я тогда длинное письмо накатал наверх, не жалея красок и собственных переживаний.

Режим полного приближения ран к реальным оставили, но юристы Утопии составили еще более хитрый документ, который снимал с боссов игры всякую ответственность за то, что произойдет с игроком, который решит погеймить в этом режиме.

Так вот, сейчас я играл ровно с тем же набором режимов, что и будучи Абракадабрусом. Привык, что ли. Да и элемент более полного вживания в мир присутствует.

Ладно, оставим лирику, у меня ведь великий путь к горе.

Уподобимся же Фродо и компании и двинемся дальше.

А дорога складывалась очень сложно и я бы, наверное, никогда не смог преодолеть этот маршрут, если бы не вспомнил о подарочке папаши-дроу. Инфравидение работало не в фоновом режиме, данную способность следовало активировать. И жрало инфравидение выносливость, едва-едва подсвечивая красным цветом живность. Всё же я включил эту способность и двинулся дальше. Мне пришлось идти потихоньку, с интервалами для восстановления выносливости.

Крался, словно тать в ночи, иногда даже задерживая дыхание и мысленно представляя, что я всего лишь тучка, тучка, тучка, а вовсе не метис. Такой подход к делу сработал – я достиг деревьев, между которыми начиналась горная тропа. Тут мою грудь покинул выдох облегчения, ведь здесь никто не желал нападать на меня по причине того, что я не попадал ни в одну агрозону. Проверено, еще будучи Абракадабрусом. На сегодня тут и закончу свой великий поход. Пора жать логаут, а то уже мочевой пузырь припирает.

Выбравшись из капсулы и ощутив легкое головокружение, я на ватных ногах как можно быстрее помчался в маленькую комнатку с гордым фаянсовым троном. Вдолбленная за год проживания с бывшей девушкой дрессура не дала мне сделать это, не подняв стульчак. Накатившее блаженство быстро прошло. Я вышел из туалета и по крошечному коридорчику вернулся в комнату.

Квартиру я снимал однокомнатную в старом жилом массиве.