Белый Гонец

– А я думал, в Покровском уже мода такая пошла – забинтованными ходить! – усмехнулся Ваня, показывая свою перевязанную ладонь, и, зевая, небрежно спросил: – Ну и как, нашел что-нибудь?

– Только одно бутылочное стекло…

– Все верно, под березами – подберезовики, под осинами – подосиновики. А под нашим небом – одни лишь бутылки растут… Вот будет работы нашим потомкам-археологам! – покачал головой Ваня и упрекнул: – Зря только порезался, да и я у вас уже основательно с миноискателем прошелся…

– И как – что-нибудь было? – затаил дыхание Стас.

Ваня пренебрежительно махнул рукой:

– Да так, ерунда!

– Одну «ерунду» мы уже видели! – напомнил Стас, кивая на лежавшую у подушки печать.

Ваня покосился на нее, и глаза его сразу похолодели. Но голос еще оставался теплым:

– Да нет, правда, ерунда: одну или две подковы!

– Что я тебе говорила? – окидывая Стаса победным взглядом, подала голос Лена.

– Да… Не хватало мне тут еще твоего всадника с лошадью! – зябко передернул плечами тот.

Лена засмеялась, но на ее брата слова Стаса произвели неожиданное впечатление.

– Всадника? С лошадью?! – быстро переспросил он и всем телом подался вперед: – Вы что, монету нашли? Серебряную? Золотую?!

– Да нет! – поспешил успокоить его Стас, опять изумляясь мгновенной, только на этот раз в противоположную сторону, перемене в своем друге. – Это так – Ленка пошутила!..

– А то смотрите, у меня знакомый антиквар есть, через которого можно ее выгодно продать. Хорошие деньги даст, причем без всякой комиссии… – так и буравя Стаса глазами, пообещал Ваня, и его глаза подернулись мечтательным туманом.

– Бредпринимателем! – одернула его Лена и осеклась под тяжелым взглядом брата.

– Много ты понимаешь! – накинулся на нее Ваня.

Судя по всему, такой разговор начинался у них не в первый раз. И, кажется, никогда не доводил до добра. Поэтому Стас поспешил перевести его в другое русло.

Он достал ноутбук, включил и, положив рядом печать, тоном ученого спросил Ваню:

– Так: фамилия, имя, отчество, место и год рождения?

– Иван Алексеевич Будко, деревня, то есть теперь – село Покровское, одна тысяча девятьсот восемьдесят… – сразу же присмирев, начал Ваня и, оборвав себя на полуслове, нахмурившись, уточнил: – А… это еще для чего?

– Не бойся, не для налоговой комиссии! Для науки! – бегая пальцами по клавиатуре, поспешил успокоить его Стас.

– A-а!..