Племя с левого берега реки

 – Сколько там батончиков?

Он вновь круто развернулся. Толпа развернулась вместе с ним.

– Пять сотен, – донеслось из капсулы. Затем тяжеловес вышел на воздух. Ему явно не понравилось задание считать.

– Значит, примерно дней на десять. Маловато, господа, – вздохнула Оксана.

– Нас пятьдесят. Минус три погибших, минус четыре закапывающих, минус один раненый и та, что с ним, и минус один на дереве. Остается ровно сорок, – смертник подмигнул. – Будем делиться ровно на десятки.

– А чёй-то ты командуешь? Командир, что ли? – озвучил вопрос, витавший в головах у многих, молодой человек с достаточно привлекательной внешностью.

Во время суда его назвали Зайчик.

– Тупой вопрос. За это лишаешься права задавать любые вопросы на двое суток, – как-то спокойно, без злобы парировал оратор. – Кто-нибудь ещё хочет задать тупой вопрос?

Желающих не было. Зайчик смутился и отошёл за чью-то спину.

– Хорошо, значит, будем назначать командиров отрядов, – тут он с надеждой взглянул на Милана.

Милан спокойно стоял за его спиной в проёме капсулы, опираясь рукой на стенку.

– Правило лидерства номер один. Лидер – это тот, кто может решить общую проблему лучшим способом.

– Ну, раз ты, командир, такой умный, возглавишь первый десяток.

– Ладно, – Милан пожал плечами.

– Я, если никто не против, возглавлю второй, – продолжил смертник. «Если никто не против» было риторическим отступлением. – Желающие возглавить третий есть?

Тишина. Никто не спешил с ответом.

– Ладно, переформулирую вопрос, – смертник поднял над головой нож.

 – Кто умеет пользоваться вот этим?

И вновь тишина.

– Я! – наконец раздался ответ. Все обернулись. Хриплый голос принадлежал армянину, сидевшему в стороне от всех в теньке капсулы, прислонившись к ней спиной. Он встал, направился к смертнику. Люди расступались, давая ему пройти. Уж на что мужчина в черной робе был рослым атлетом, так и он не казался таким уж большим на фоне горца. – Я умею.

Мужчины смотрели друг другу в глаза.

– Изобрази, – смертник протянул нож.

Армянин посмотрел на клинок, сплюнул и вдруг резко перехватил нож обратным хватом, прижав его лезвием к шее смертника, другой рукой он схватил его за шиворот.

Пауза. Милан вдохнул и не выдыхал. Тяжеловес тоже застыл.

– Ну, так-то и я могу, – натужно прохрипел смертник, улыбаясь горцу.

Горец очень серьёзно смотрел ему в глаза, вертя лезвие у его шеи. Неожиданно он отпустил противника и захохотал. Смертник выдохнул. Милан тоже.