1972. Олигарх

Увы, Лену поставят на учет, как психбольную, но тут уж никуда не деться – или на зону, или справку о поехавшей крыше. Так отец-олигарх и объяснил своей непутевой дочери. А потом спросил у компетентного человека, то бишь у Насти – что она думает по поводу возможных наездов от этой чертовой диаспоры. И Настя честно ответила: люди гордые, люди мстительные, люди богатые и можно сказать беспредельные, так они это дело не оставят. И как только уголовное дело будет закрыто – следует ожидать каких-то действий. Каких – это уже другой вопрос.

Скорее всего, попытаются изувечить – плеснуть в лицо кислотой, или избить так, чтобы осталась инвалидом. Вряд ли решатся на радикальные меры вроде снайпера, или киллера с миной. Не тот уровень, и не та мишень. Еще могут попытаться похитить – но это уже вряд ли. Хотя…все может быть. И единственный способ уберечься от неприятностей – не ездить по городу в поисках приключений, а уехать, заныкаться куда-нибудь подальше, где Лену никто не знает. За границу, например. Пока все не утихнет, и пока это дело не забудется.

Но Настя ошиблась. Все началась гораздо раньше. И закрутилось, завертелось…

***

– Сколько, вы сказали, вам лет?

– Ни сколько я не сказала! – холодно ответила Зинаида – Я вам уже в десятый раз повторяю: не помню, с какого я года, сколько мне лет!

– И откуда у вас осколочные шрамы на животе – тоже не помните, да?

– И шрамы – тоже не помню! А с чего вы взяли, что они осколочные?

– Я послужил в Сирии – вздохнул хирург – Я видел осколочные ранения, в том числе и в живот.

Вам некогда распороло живот, и хирургу пришлось собирать внутренности. И вы ничего не помните?

– Не помню! – отрезала Зинаида, и повернулась к лечащему врачу – Когда мне принесут моего Мишу?

– Тогда, когда мы убедимся, что вы не представляете опасности для ребенка – мягко ответил врач – То, что у вас отсутствуют воспоминания, говорит о том, что в вашем мозгу есть какие-то патологические изменения. И мы хотим понаблюдать за вами, удостовериться в том, что у вас нет никаких агрессивных намерений по отношению к окружающим.

Кстати сказать, начальство предлагает поместить вас в психиатрическую клинику, чтобы специалисты сделали свои выводы. Вы уже окрепли, так что нахождение в клинике не будет для вас опасно. Мы здесь сделали все, что могли, и пусть попробуют другие.

– Кстати, ваши шрамы рассасываются – бледнеют, исчезают. Они уже почти незаметны. Как вы это объясните? – спросил хирург, пытливо глядя в глаза пациентке.