1972. Возвращение

И что делать? Пошел к летчикам, объяснил ситуацию. Те конечно же все поняли, посмеялись (не без этого!) и выдали нам с Ольгой один из химических туалетов-ящиков, которые штатно находились на борту этого самолета. Пришлось Ольге прятаться за мой кадиллак, укрываясь от нескромных взглядов воздушных асов, и делать там свои маленькие делишки. Впрочем, через несколько часов приспичило и меня – все-таки пятнадцать часов для туалета это очень даже много.

Ну а в промежутке между походами на горшок мы с Ольгой лежали на наших ложах в белоснежном кадиллаке и дрыхли, наслаждаясь безопасностью и покоем.

Мы летим домой! И нам теперь совсем ничего не угрожает! Разве это не повод расслабиться и подремать? Делать-то все равно больше нечего.

Кстати, питаться мы в полете не стали, памятуя о том, что потом возможно придется отправиться на этот замечательный химический горшок. И такая перспектива нас почему-то не прельщала.

Я посчитал – когда именно мы должны будем оказаться в Москве, в какое время суток.

Получалось – где-то около полудня. Вылетели мы из Вашингтона в полдень, что по Москве составляет двадцать часов, прибавить к двадцати часам пятнадцать – вот и выходит около полудня. Нормально, чего уж там.

В Москве сейчас холодно – конец марта, не так, как в Вашингтоне. Снег уже начал подтаивать, но до настоящей весны еще далеко. Хорошо что мы в общем-то одеты тепло – куртки-«аляски» для нашего климата самое то.

– Через двадцать минут садимся! – крикнул парень из сопровождающих (их было трое), когда я открыл дверцу машину после его стука – Садимся, слышали? Барахло загружайте назад, в машину!

– Оль, подымайся! – я потихоньку толкнул спящую подругу, и та мгновенно села, сразу же став деловитой и собранной, как и полагается правильной секретарше.

А кто же она для меня? Секретарша и есть. Машинистка. Переводчица. Ну и… боевая подруга, да. После того, что мы с ней пережили… в общем – она мне не просто секретарша, и не просто подруга. Именно что – боевая подруга. Не всякая секретарша со своим шефом ползает по земле, укрываясь за машинами от града пуль. И кстати, надо отдать ей должное – не впала в истерику, не повисла тупым мешком у меня на руках, а делала все, что я ей приказал!

Я всегда был против служебных романов, но что делать, если судьба бросила нас с ней в одну постель? Я давно без женщины, она уже годы без мужчины, что нам оставалось делать? Мы же просто люди…

Загрузили барахло.