Три офицера, тройной предел. Серия «Бессмертный полк»

Что и продемонстрировал Кремлёвский вождь.

А теперь скажите мне, русские против русских, да под генеральскими погонами, это что, разве не гражданская война?

Так же, как и Белое движение в времён гражданской войны, русские люди, принявшие участие в этой борьбе в рядах РОА, поддержали здравый смысл и восстали против истинных внутренних врагов, даже тогда, когда те скрывались под масками патриотизма и защитников Отечества.

14 ноября 1944 года Власов провозглашает в Праге манифест Комитета освобождения народов России (КОНР).

Его основные тезисы:

– утверждение национально-трудового строя

– ликвидация принудительного труда (ГУЛАГ)

– всемерное развитие международного сотрудничества

– ликвидация колхозов

– предоставление интеллигенции права свободно творить

Обо всём этом и всегда говорила любая оппозиция, включая и сегодняшнюю.

Тогда объясните мне, в чём тут измена Родине?

…Власова и 12 человек из его штаба генералов: Трухина, Баерского, Малышкина, Нарянина, Жилянина, Закупного и других садисты из НКВД повесили на пианинной струнной проволоке.

На крюках, поддетых под основание черепа. Прямо во дворе знаменитой тюрьмы на Лубянке.

Трупы сожгли.

Документы уничтожили или засекретили.

Кремлёвский диктатор понимал о неправедности своего властвования. Поэтому не мог позволить, чтобы могила генерала Андрея Андреевича Власова стала местом преклонения и символом освобождения от антинародного и варварского режима, устроившего геноцид и кровавую баню своему народу.

Их страшно пытали. Генерал Пётр Григорьевич Григоренко в своих воспоминаниях «В подполье можно встретить только крыс» приводил в пример слова Власова: «Изменником не был, и признаваться в измене не буду. Сталина ненавижу. Считаю, его тираном и скажу об этом на суде.

И мне не страшно. Но ещё страшнее оклеветать себя. А муки наши даром не пропадут.

Придёт время, и народ добрым словом нас помянет».

Как видно, у Власова не было страха перед своими истязателями из НКВД.

 С высоко поднятой головой встречал генерал свою казнь. Ожидание верной гибели не сломило его волю.

Его начальник штаба Фёдор Иванович Трухин говорил то же самое.

Будучи уже полумёртвых их вывели в последний раз посмотреть на солнечное небо. На крепко стоящую, на ногах «зарю коммунизма». Дали возможность в последний раз покурить. И проститься с жизнью. Затем повели к эшафоту.

Всё бы хорошо для Отца всех народов и счастьеносца.