Бандит

Ну, например – за каким чертом империя совала своих подданных в эту мясорубку? Нет, не карательные батальоны, вроде того, в котором служила Аурика – это в конце концов ее служба, ее работа. Речь о крестьянах, которых отсылали на верную гибель. Неужели империи так не хватает земли? Неужели нельзя было договориться с ворками и разделить сферы влияния? Почему эмиссары империи буквально настаивали, чтобы поселенцы вырубали, выжигали леса, в которых живут остатки некогда великого народа ворков? Зачем дразнить этих существ, которые берегут свои деревья, как любимых домашних животных? Ну, вот с какой целью, кто отдал приказ найти священное дерево одного из поселений ворков и срубить его напрочь, попутно осквернив могилы их предков, находящиеся у подножия древесного великана? И что потом последовало? Да, большая резня в Кангуне, где лесные ворки уничтожили полторы тысячи лесорубов, золотоискателей и крестьян.

Сложив из голов имперцев целую пирамиду на площади перед муниципалитетом.

Аурика уволилась из армии, получив от нее выходное пособие, на которое можно прожить год – если не особенно шиковать, а еще – три десятка шрамов самого разного размера и расположения.

Самый опасный был на животе – стрела-срезень ворка распорола ей брюшину, и Аурике пришлось самой зашивать себе длинную, чуть выше пупка рану, сквозь которую можно было разглядеть сизые вонючие кишки. Хорошо, что с собой был порошок вайлима, напрочь снимающий боль и выключающий принявшего его через двадцать минут после обезболивания. Аурика успела заштопать рану и вырубилась, надеясь на то, что ворки не вернутся чтобы ее добить.

Но ей повезло. И рана не загноилась (она промыла ее из фляги крепким вином двойной перегонки), и мятежные ворки не вернулись, а из леса ее вынесли как ни странно тоже ворки. Два ворка, служившие в пограничной страже в качестве следопытов и лучников. Да, кстати сказать – в страже было достаточно много и чистокровных ворков, и полукровок от имперцев и других племен. Их брали на службу без каких-то там препятствий, и даже с большим удовольствием.

Ибо поступившим на службу воркам не было дороги в лес. Лесные мятежники считали их существами гораздо худшими, и если умудрялись поймать такого предателя – участь его была намного страшнее, чем участь обычного воина имперца. Лесные ворки знали толк в пытках, и предатели-ворки умирали долго, мучительно и страшно. И они предпочитали вскрыть себе сонную артерию, чем попасть в руки своим соплеменникам.