Бандит-3. Академия

Фелна ей не завидовала, Грендель ей нисколько не нравился. Хамоватый, самоуверенный – он только у глупых девок мог вызвать желание с ним иметь дело. Фелна глупой совсем не была.

Она особо не рассчитывала ни на что, придя в логово того, кто может лишить ее едва не сбывшейся мечты, но… попробовать-то стоило!

– Что хочешь сказать? – весело спросил ее Грендель, и усевшись на кровать рядом с ехидно улыбающейся Беатой обнял ту левой рукой и стал демонстративно-лениво поглаживать Беате левую грудь.

А потом и вообще залез в вырез рубахи (они сидели полураздетые), и начал активно шевелить пальцами, поглаживать и сжимать. Беата так же демонстративно «мяукнула» и прильнула к плечу парня своей красивой, аккуратно подстриженной головкой.

– Грендель, пожалуйста, не убивай ворка! – спокойно сказала Фелна, глядя в глаза Гренделю.

– О как! – удивился тот – Когда это ты стала ворколюбкой?! Что, у него член больше, чем у наших парней? Или ты любишь грязь? Так я могу тебе предоставить столько грязных удовольствий, что ты сразу забудешь о своем ворке! Мне и Мойрус поможет! Поможешь, Мойрус? Или ты не любишь грязь? Вдвоем тебя как следует удовлетворим!

Мойрус подобострастно хохотнул и подмигнул своему лидеру.

Захохотала и Беата, щурясь как кошка, которую ласкает Хозяин. В принципе – ее сейчас как раз и ласкали, так что от животного она почти ничем не отличалась.

– Грендель, ты ведь не был такой мразью! – Фелна не позволила ярости захлестнуть ее с головой – Мы с тобой вместе выросли! Ты был порядочным мальчишкой! Что ты сейчас несешь?! Ты же благородный человек!

– Так и ты вроде была благородной! Пока не уцепилась за член этого поганого ворка! – яростно выкрикнул Грендель, и его лицо перекосила гримаса ненависти – Ворки наши враги! Их надо убивать! Уничтожать всех – и щенят, и самок! А ты ему зад подставляешь?! Скажи, как он больше любит, сзади, или когда ты на нем прыгаешь? Или он любит только грязь, и по-другому не желает? Скорее всего – грязь! Потому что ворки грязные скоты!

Он внезапно успокоился, и глядя в лицо побелевшей от ярости и ненависти Фелне, довольным голосом сказал:

– Хорошо! Если ты сейчас встанешь на колени и сумеешь меня как следует ублажить своим пухлым ротиком – так и быть, я его пощажу.