Инь-ян. Дорога к Дао

Сергей поколебался, постоял рядом с крыльцом трактира, потом махнул рукой и решительно поднялся по мокрым ступеням к высокой двери, из-за которой шел вкусный запах жареного мяса, приправленного пряностями А еще – пахло чем-то сдобным, таким знакомым, что у Сергея потеплело на душе – бабушка пекла сдобные лепешки, называя их коржиками, и он любил подкрасться и упереть горячее вкусное печево под возмущенные крики и хлопанье по спине выпачканным в муке полотенцем. От этой «кары» лепешки делались еще вкуснее…

Внутри заведения было не очень много народа, хотя дождь и загнал под крышу теплую компанию то ли моряков, то ли возчиков, шумно обсуждающих каждый бросок костей, рассыпающихся по столу.

Здешние азартные игры не очень разнообразны, больше всего в ходу была игра в кости, согласно правилам которой нужно было набрать наименьшее число очков за три броска – то есть три единицы. Тот, кто набирал больше, – проигрывал. Играть могли до десяти человек, о ставке договаривались: например – одна медная монета.

Тот, кто выигрывал, забирал все. Если цифры двух или более игроков совпадали – переигрывали, доставляя на кон столько, сколько делилось на количество спорящих – на двое, на трое или больше, пока не оставался один. Можно было отказаться от ставки, если денег не было, и тогда выигрыш доставался сопернику. Частенько вспыхивали драки, доходящие до поножовщины, – а если у обоих игроков не было столько денег, чтобы доставить кон? А у трех? Пяти? Говорили, что один из бунтов начался с того, что игроки не поделили выигрыш, сгорело четверть города, пока разъяренная толпа не насытилась убийствами и грабежами. Впрочем, все это было при прежнем геренаре, не нынешнем.

Сергей видел такую игру не раз и не два, когда они с Абиной мыли полы и убирались по трактирам. Иногда на кону оказывались просто-таки огромные деньги – если спор продолжался несколько проходов, а первоначальная ставка достаточно велика.

Ведь ставить, в принципе, можно сколько угодно, хоть мешок золотых.

Впрочем, в большинстве случаев на кону было максимум десять-двадцать серебряных монет, хотя для нищих Сараны и Абины и это казалось огромной суммой.

Как-то сорвавший куш игрок кинул Сергею серебрушку, и все вокруг дружно стали ругать счастливца, упрекать в том, что он слишком расточителен и разбрасывает деньги по ветру – «ведь нищенка все равно этого не оценит!».