Колян 2

Вполне удачно, если не считать кровоподтёка на щеке Коляна от камня – один из мародёров успел выпалить, видимо из дробовика и, по несчастной случайности, заряд картечи, прошедший мимо Коляна, врезался в землю, подняв в воздух какой-то обломок кирпича и едва не высадив ему глаз. Случайность, всё случайность… В жизни многое зависит от случайности.

Колян сделал спринтерский рывок и вернулся по дуге к тому месту, где положил заряженную и снятую с предохранителя сайгу. Сайга – фактически автомат Калашникова, только без стрельбы очередями, и Колян прекрасно разбирался в этом оружии.

Он привычно вскинул к плечу винтовку и остроносые пули калибра 7.62 полетели в захватчиков. Колян не испытывал зла или благородной ненависти к супостатам. В будущем и ему наверняка придётся заняться мародёрством и повоевать, отнимая у кого-то то, что ему нужнее – цивилизация кончилась, наступило время Зверя. Просто мародёры хотели взять то, что ему принадлежит, а он не хотел это отдавать, поэтому он видел единственно верное решение проблемы – убийство всех нападавших.

Бах! Бах!… Колян считал патроны. 8 в магазине, один в стволе. Бах! – двое упали, один прихрамывая побежал в темноту – перехватить! Приведёт подмогу – не успеем уйти. Колян рванул за ним, бросив опустевший карабин, но не успел – из дверей склада выскочила тёмная фигура и кинулась на убегавшего.

«Болван! – яростно подумал Колян. – Ща он положит его – не так надо было!» Фигуры вцепились друг в друга в ожесточенной борьбе, Колян подскочил сзади к мародёру и, схватив его за довольно длинные волосы, полоснул ножом по горлу.

Тот захрипел и стал заваливаться назад, увлекая за собой человека, в которого он вцепился намертво. Колян узнал Димана. Тот ворочался на трупе, пытаясь разжать руки мертвеца.

– Живой что ли, Диман?

– Живой… Черт, порезал он меня.

– А ты болван, что ли, в лоб на него бросаться? Сзади надо было глушить палкой или кирпичом! Какого хрена тупишь-то? Где я потом хорунжего нормального найду, – усмехнулся Колян.

 – Сильно, что ли, порезал?

– Да плечо зацепил, руку. Да ничего. Выживу.

Диман храбрился, но по всему было видно, что ему совсем несладко, да и кровь капала тоже довольно бойко, скатываясь с его пальцев на землю в свете включённого фонарика. Из дверей выползли остальные члены их группы. Лучи фонарей осветили трупы. У двоих было огнестрельное оружие – у одного даже старый древний «кулак», обрез трёхлинейки, видимо, сохранился ещё с времён комбедов.