Нищий. Дикие земли

Меня попросили заняться вождем.

– Колдун? Жаль, что ты уезжать задумал… нам бы все женщины завидовали – воинов-то полно, любимое занятие мужчин тыкать своими глупыми палками и железками друг в друга, а вот колдунов очень мало. Ты сильный колдун, сильнее нашего шамана?

– Не знаю, сильнее ли… может, и сильнее. Он же не может лечить, а я могу.

Асанта крикнула бегающему возле дома мальчишке, приказав ему бежать к вождю, и тот унесся, сверкая пятками.

– Хорошо бы, чтобы, прежде чем уйти, ты оставил ребенка нашей младшей жене – нам бы нужен был ребенок от белого колдуна – все бы женщины нам завидовали!

– Сомневаюсь, что моя белая жена одобрит это, – закашлялся я, поперхнувшись чаем.

– А ты спрашиваешь ее мнение? У вас женщины, как я погляжу, имеют много власти. Жаль, очень жаль, но все-таки подумай над этим, она очень миленькая, Сарк за нее много скота отдал.

Я передал моим друзьям то, о чем мы говорили с Асантой, опуская некоторые пикантные подробности.

Они заинтересовались, пытались расспрашивать, но я остановил их, сказав, что потом выясню детали, сейчас не до того, некогда. И точно – в дверном проеме показался Крант. Я с трудом узнал его без белой страшной маски, нанесенной на физиономию. Без нее он выглядел вполне приличным парнем с открытым доброжелательным лицом – пока не откроет рот и не покажет свои заточенные, как у акулы, зубы. Тогда сразу вспоминаешь, что это не обычный юноша, загоревший на солнце, а опасный орк-убийца, с детства воспитываемый для войны, разбоя и грабежа.

– Готов, Витор, лечить моего отца? Пойдем к нему?

– Пошли. Ребята, оставайтесь здесь, я сам схожу. Скоро вернусь, и тогда обсудим планы на будущее.

Мы вышли из хижины, и воин повел меня к центру деревни, где стоял большой дом – впрочем, ненамного больший, чем моя хижина. Видимо, покойный Сарк занимал в племени довольно высокое положение.

Глава 3

Почему-то всегда дом вождя – во всех селах, городах и столицах – находился в центре.

Возле него стояли вооруженные воины, обвешанные железом. Они смотрели на меня так грозно, как на потенциального супостата, вероятно, вознамерившегося унести их гниющего вождя в дальние страны.

Мы вошли в хижину, и, несмотря на проветривание, в нос шибанул отвратительный запах гниющего мяса. Я уже понял, что работа будет нелегкой… Сохранить бы в желудке то, что я опрометчиво съел полчаса назад.