Охотник

Принести?

Олег непонимающе посмотрел на Марию Федоровну, как-то жалко улыбнулся, и у нее опять защемило сердце. Ну какой он был раньше сильный, статный, красивый! Тень, одна тень осталась!

– Сейчас, сейчас, милый! – заторопилась женщина. – И штанишки тебе принесу, трусики. Я тебя раздела, чтобы удобнее было ухаживать, а сейчас ты сам уже будешь! Ты всегда ругался, когда я пыталась тебе помочь. Сейчас, сейчас!

Женщина исчезла на кухне, потом появилась, держа в руках небольшой плоский телевизор, подаренный соседом Виктором Ивановичем.

Старый, здоровенный ящик, стоявший раньше на балконе, давно сгорел, а сосед как раз предложил свой, мол, не выбрасывать же? Слегка уронили, откололи облицовку, а так он рабочий.

«Как раз вовремя уронили!» – думала Мария Федоровна. Телевидение в доме было кабельное, не такие уж большие деньги, а без картинок на экране Мария Федоровна не могла. Хоть какая-то отдушина в беспросветной жизни. Кабельное еще Олег проводил, давно, до катастрофы. Был и большой, дорогой телевизор – продала, когда нужно было лечить сына.

Все продала…

Пристроила на стенку, поставив в нишу, воткнула шнур, включила, повернулась к Олегу, хотела что-то сказать и тут же замерла с приклеенной улыбкой на лице. Сын был не просто удивлен – у него глаза едва не вылезли из орбит, челюсть отпала, он привстал на локтях. Ощущение было такое, что увидел морского змея или нашествие инопланетян!

Мария Федоровна оглянулась на экран, может, там что-то невероятное? Да нет… бегают какие-то люди, то ли милиционеры, то ли бандиты – и не разберешь с первого взгляда-то.

Женщина взяла пульт, переключила – ей не нравилась война, кровь, насилие. Лучше вот – мультик! Старый, хороший, с Винни-Пухом. «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро! Тарам-парам… тарам-парам…»

Снова оглянулась на Олега – тот тяжело дышал, впившись руками в постель, и не отводил глаз от экрана. То, что он увидел, почему-то его потрясло до глубины души! Вдруг подумалось: «Как будто никогда не видел!»

– Вот тебе пульт.

ПУЛЬТ! Повтори! Это – пульт.

– Пулт! – с трудом выдавил из себя сын, не отводя глаз от экрана. – Пулт!

– Да не пулт, а пульт! – улыбнулась Мария Федоровна. – А то еще за нерусского примут! Правильно говори – «пульт».

– Пульт! – послушно повторил Олег и, взяв в руки этот самый пульт, повел над ним ладонью правой руки, будто хотел его рассмотреть, как ясновидящая Роза Кулешова. Мария Федоровна читала про нее, та вроде как кожей все видела.