Слава. Возрождение

Зимера посидела в ошеломлении, потом тихо сказала:

– Сто золотых!

– Чего сто золотых? – не понял Слава, подымаясь из-за стола.

– Сто золотых за ночь с тобой! Да что ночь – за час! Двести! Двести золотых!

– Спасибо, – криво усмехнулся Слава, – у меня есть деньги.

– Пятьсот! Такие деньги! Ну ты чего?! Семьсот!

Слава и Глава уже отошли метров на пятьдесят от несчастной любвеобильной Зимеры, когда услышали:

– Тысяча-а-а!..

Слава не стал оборачиваться, а Глава с улыбкой покачала головой:

– Совсем озверела! Она всегда любила мужчин, но, если уж Главе не достается ничего, представляешь, каковы у них дела? Кстати, если ты собираешься отправиться к источнику этих вещей – не советую.

Грессы не разговаривают с двуногими. Они просто их убивают.

– Что-то это мне напоминает! – угрюмо пробормотал Слава. – Посмотрим. Может, и не понадобится к ним идти. Я сегодня уезжаю. Тебе поручение – следить, чтобы дом Леры… мой дом, никто не тронул. Чтобы не ограбили, не обобрали и не присвоили. Что хочешь делай, но чтобы он был цел.

И еще… Я пойду в конюшню за лошадьми – прикажешь, чтобы они выдали мне коней. Они же записаны на Лере, а ее теперь нет. И еще вот что: мне нужно увезти отсюда Хагру. Она без сознания. Как мне ее везти? Что посоветуешь?

– А она еще жива? – удивилась Глава. – Я думала, что ее уже нет. Ну а что без сознания… две лошади, между ними специальная брезентовая лежанка – так перевозят раненых. Всего делов-то…

– Вообще-то знаешь что? Через два часа возле моего дома должны стоять лошадь для меня, та, большая, вьючная лошадь, на нее положи палатку, продукты, вещи, что нужны для севера, и две лошади с лежанкой.

Я буду ждать. И денег положи туда – вдруг придется что-то купить в дороге. Не хочу бродить по конюшням и чего-то организовывать. У тебя это лучше получится.

– Хорошо, сделаю, – кивнула головой Глава. – Все, что нужно, положу.

– Как люди отреагировали на смерть Мудрых? Что говорят в городе? – неожиданно вспомнил Слава.

– Ну что… Решили, что кто-то из них опрокинул масляный светильник и все сгорели, задохнувшись в дыму.

В общем-то всем не до них – Ярмарка есть Ярмарка. Послали за Мудрыми в их Союз, недели через две будут здесь. Одна или несколько – не знаю. Я могу идти? У меня еще дела. Через два часа караван будет готов.

Слава молча кивнул головой и пошел к своему дому. Нужно было подумать, что делать дальше.

Темнота. Она плавала в ней, растворившись как кусочек сахара в кипятке.