Слава. Звёздный посланник

Набрал по коммуникатору купца:

– Привет, Зенгар! Как твои успехи? Как с металлом? Я твоим оборудованием доволен. Надеюсь, с металлом ты решил все как следует.

– Сегодня переведу деньги. Этот товар расходится с лету! Сюда возили металл с дальних звездных систем, всегда есть голод на редкоземельные и щелочные. Платформы-то нужно строить, гравидвигатели нужно делать – с ходу рвут! Давай еще привози! У меня уже предварительных заказов на тысячу тонн! Богатеть будем!

– Это отлично, – с удовольствием отметил Слава, – будет тебе металл.

Не тысяча тонн… но… впрочем, может, и тысяча. Ты там держи оборону, не сдавайся конкурентам!

– Да ты чего, – усмехнулся купец, – тут шум такой стоит! Зенгар, мол, совсем зажрался! Богатеет не по дням, а по часам! Ищут источник поступлений! Пока никто не знает, что и как. Смотри там, не разболтай – а то наживем проблемы.

– А мне и некому болтать, я в космосе. Так что, если кто сболтнет, то только ты. Держись. Ну, все, удачи!

Слава отключил коммуникатор, посидел немного, подумал – сегодня должны были прилететь Сильмара с Олегом, ночью… Осталось разгрузиться у керкаров, а потом… потом постоять, укрепляя шахты Шаргиона.

Впрочем, это можно будет сделать и на орбите Земли.

Он посидел еще, обдумывая будущие дела, и с удивлением услышал голос Базы:

– Приближается звездолет «Урал». Запрашивает посадку. Разрешить?

– Конечно, разреши… а какого черта они сами не связались? – запоздало спросил Слава. – Чего они тебя спрашивают? Почему на визор не выходят?

– Корабль поврежден.

Средства связи вышли из строя, за исключением слабого передатчика.

– Информация о том, кто повредил, имеется?

– Информации нет.

Слава через Шаргион увидел, как «Урал», работая одним из планетарных двигателей, осторожно подходит к шлюзу и втягивается в открывшееся отверстие, потом встал с места и быстрым шагом устремился на площадку для приема кораблей. Подумал, скомандовал, откуда-то выскочила гравиплатформа, и он, запрыгнув на нее, понесся вперед с максимально возможной скоростью.

Его сердце чуяло беду, но Вячеслав запрещал себе делать предположения, потому что они заводили его в такие дебри, что волосы вставали дыбом от страха.

«Урал» стоял обожженный, на месте одной дюзы планетарного двигателя зияла пробоина, вернее, даже не пробоина – ее просто не было, этой дюзы. Снесено было чисто, как ножом. Или срезано громадным резаком. Местами корпус оказался поврежден – вмятины, царапины (и это на сверхпрочном металле брони!).