Справедливости – всем

Вот же сцука, любит он вызывать огонь на себя! И не придерешься! Мол: «И чего я такого сказал? Они сами начали!» Не начнешь тут, пожалуй, когда рожа так и просит: «Я маменькин сынок! Дайте-ка мне скорей по харе!»

– И чо? – откликнулся кто-то из серой аморфной массы.

– Да ничо! – снова расплылся в улыбке Янек и, надо сказать, в довольно-таки идиотской улыбке. У него в такие моменты глаза делаются какими-то стеклянными, как у куклы. Предвкушает кровь, упырь чертов!

– Побазарить надо! Кто у вас тут самый авторитетный? – миролюбиво добавил Янек.

Как я и требовал! Даже не добавил на что – рифмованную матерную гадость, что означало бы немедленный геноцид окружающих.

– Все авторитетные! – буркнул кто-то справа, и тут же спросил, явно накручивая себя: – Чо ты тут выспрашиваешь, в натуре?! Ты что за хрен с горы?! От кого базаришь или так, залетный фуфел?

– Ты метлу-то придержи! – посерьезнел Янек. – За фуфела и ответить можно!

Ну, все, понеслось! Янек вошел в колею. Когда надо вызвать кого-то на конфликт – милое дело выставить его вперед.

Почему он всех так раздражает? Сам удивляюсь. Хотя… сейчас он и меня раздражает, хе-хе…

– Да ты кто такой, чтобы спросить за фуфела?! – из толпы выдвинулся парень чуть выше Янека, остролицый, уголовного вида. (Ну почему они надевают эти дебильные кепочки? В чем тут цимес? Выглядят полнейшим ведь говном!) – Ты, в натуре, рамсы попутал?! Приходишь к пацанам и начинаешь непонятки мутить? Чо замолчал, фуфлыжник? В штаны нассал со страха?

Вот теперь стало понятно – если тут и есть кто-то старший, так это он, придурок в кепке.

Не самый крепкий, не самый сильный, но дерзкий и духовитый. Если кто-то и знает за происходящее на районе, так это он.

– Милиция. Уголовный розыск! – вмешался я, мелькнув красными «корочками». Конечно, никто ничего не рассмотрел, да мне и не надо. Я представился, они слышали, что еще-то? И тут же добавил:

– Ты задерживаешься для…

Закончить я не успел. Янек ударил парня кулаком в солнечное сплетение – без замаха, резко, жестко, как в боксерский мешок.

И с такой скоростью, что даже я засомневался – сумел бы уклониться от такого удара, заблокировать его или нет. Парень молча так мешком и свалился на землю, а Янек выпрыгнул вперед и несколькими ударами свалил еще троих – так быстро, так легко, что казалось, зверствовал он не над отмороженными ублюдками, которых боится весь район, а над детьми детсадовского возраста.