Маг

Это тот, кто сорвал нам планы по укреплению нашей дружбы, помешал моему племяннику выиграть турнир и стать владельцем замка. Тогда вы бы имели свободный выход наверх, в ваш храм, где вам бы воздали почести, причитающиеся вашему положению. Этого мерзкого выскочку нужно разорвать на части. Прошу отдать его мне, чтобы я насладился его мучениями!

– С-с-с-с!!! – Человекоящер недовольно зашипел на герцога. – Не вмешивайся в разговор без разрешения! Ничтожный тупой человечишка… я спрошу тебя, когда будет нужно.

– Так вот, значит, кто нас навестил – граф Савальский! Очень хорошо… После того как я закушу твоей печенью, место будет свободно, и наши ручные людишки его займут. Одно мне непонятно – как ты смог сопротивляться моему лучшему менталисту? Откуда умение? Сейчас мы проверим…

Амасток сделал жест рукой, и к нему приблизились три фигуры в темных плащах с капюшонами. Они откинули их – это были человекоящеры, но немного с другим окрасом: по голове у них шли красные гребни, похожие на очень длинный гребень петуха.

Эти ящеры обступили Влада, гребни поднялись, и он почувствовал, как их воля проламывается сквозь установленную им плотину. Вначале капли, потом небольшие ручейки стали размывать барьер и погружаться внутрь его мозга.

Он с ужасом почувствовал, что сдает, голову как будто сжимали снаружи. Последним усилием он выкачал остатки Силы из своего магического узла и ударил молнией в менталистов – всей его силы хватило лишь на одну огромную ветвистую молнию – два менталиста упали, а один, отброшенный ответным ударом мозга сопротивляющегося Влада, схватился за голову и сел.

В зале возникла суматоха, на Влада накинулся племянник герцога и попытался ударить одноручным мечом, который выдернул из ножен на поясе. Влад отошел чуть в сторону, пропустив клинок впритирку к груди, затем резко ударил кулаком по державшей его руке, сломав у запястья, нагнулся и схватил за рукоять выпавший меч.

«Вот теперь повоюем!» Влада охватило радостное предвкушение боя, он перехватил меч поудобнее и кинулся на стражей, прикрывавших Амастока.

Он зарубил только одного – как оказалось, их чешуя с трудом поддавалась стали, и если бы не его сила – он бы даже не поцарапал ящера. Поняв, что сейчас его задавят массой, он рванулся к входу, воткнул лезвие в еще одного стражника, увернулся от удара копья другого и вылетел в коридор. Тут же его кожу на правом боку обжег удар наконечника брошенного копья, разорвав ткани до кости.