Военачальник

После первых столкновений стражники и гвардейцы поняли выгодность тактики, предложенной Владом, и уже четко выполняли все действия, обеспечивающие безопасность своих построений и максимально эффективное уничтожение противника. Вскоре мародеры начали бросать оружие и прятаться по своим домам – бунт стихал и только отдельные очаги сопротивления пылали в городе, растрепанном и разрушенном, как после ураганного ветра.

Воинские части, которые должны были охранять пределы города и стоять на страже империи, отсутствовали, растаяв под напором мятежной толпы, как зимний снег под весенним солнцем.

Они покинули свои казармы и разбежались, за исключением пятисот человек, организовавших оборону в одной из казарм и державшихся до прихода стражи и гвардейцев. Это были старослужащие, люди тридцати – сорока лет, считающие, что поддаться толпе каких-то хулиганов и мародеров – это унижение для воина. Они сумели выбить из военного городка бесчинствующую орду, но те, прежде чем уйти, разграбили и подожгли воинские склады.

Возглавил оборону капитан Тарлов – вояка лет сорока, напоминающий повадками и умением Семена – начальника охраны клиники. Тарлов матерился, поносил командиров и чиновников, и если бы Влад его не остановил, набросился бы на Шерадана с кулаками, обвинив его в развале армии.

Городские ворота были сиротливо распахнуты, и на стенах города не патрулировали стражники, как это бывало всегда в обычные дни.

Возле КПП, на котором всегда собирали плату за вход, не стояло ни одного стражника, и только ветер теребил рубаху убитого стрелой в глаз мужчины, который зажимал в руках окровавленный топор, – мятежник не успел скрыться и его настигла стрела карателей.

За воротами виднелась брошенная телега с мертвой лошадью, в которую угодила случайная стрела. С телеги вывалились чашки, ложки, какое-то барахло – то ли кто-то из жителей пытался бежать из охваченной огнем столицы, то ли мародеры из ближайшей деревни не успели вывести награбленное. Все это тряпье и нужные в хозяйстве вещи валялись на дороге, втоптанные в пыль солдатами и беженцами.