Вожак

Словно предполагается, что тот, кто его занимает, постарается закончить свои дела побыстрее и уйдет в уютные покои.

Специально так сделали или нет – нынешний император не знал. Он давно заменил бы проклятое жесткое кресло на удобное, мягкое, терпимое к спине и заду властителя, но… этому креслу уже несколько тысяч лет! Попробуй-ка замени его на новое – сразу начнутся лишние разговоры, разброд и шатание среди особо мнительных болтунов. Он и так слывет кем-то вроде вольнодумца из-за новшеств, внесенных в жизнь империи.

Например, этот указ о государственном надзоре за публичными домами, заставляющий их содержателей проводить осмотр и лечение своих работниц.

Или указ о соблюдении чистоты на улицах города, когда за то, что дурная хозяйка выплеснула помои на мостовую, можно загреметь в тюрьму на месячный срок, да еще и заплатить приличный штраф!

Мол, веками ходили по дерьму – и ничего, выжили, а тут в тюрьму за шайку помоев?! «Произвол! Безобразие!»

Глупцы! Последняя эпидемия чумы унесла несколько тысяч человек, которые могли наполнить казну звонкими монетами.

И все лекари как один говорят, что чума происходит от грязи и разносят ее крысы, для которых выброшенный мусор – это все равно как угощение на столах бального зала для хихикающего стада придворных!

Император не удержался, хихикнул, вдруг представив, что вокруг стола копошатся здоровенные крысы, волоча за собой розовые хвосты. Вечно голодные, злобные крысы…

– Милый? – Императрица обернулась к мужу, заглянула ему в лицо.

 – Что такого смешного увидел? Поделишься?

– Крысы! – император криво усмехнулся. – Мерзкие крысы!

Императрица с подозрением и некоторым страхом оглянулась, наморщила лоб, поняла:

– А! Ты о наших дорогих подданных? Согласна! Крысы и есть! Ты, как всегда, точен в определениях! Кстати, мне тут птичка на хвостике принесла… казна пуста, милый? Не пора ли нам подоить пару-тройку… жирных крыс?

– Ты считаешь меня глупцом? – Улыбка слетела с лица императора, и он сделался напряженным, подозрительно колючим.

 – Неужели ты думала, я не знаю, что мне делать?! Ты иногда меня просто… удивляешь! Если не сказать больше…

Императрица закусила губу – ошибка! Не стоило болтать лишнего. Император, конечно, ее любит, но от любви до ненависти один шаг. А чем заканчивается ненависть императоров – это всем давно известно. Нет, ей не хочется увидеть свое обезглавленное тело глазами, бросающими последний взгляд с отрубленной головы, падающей на помост.