Слава. Звёздный Волк

– Ты утопишь его! – заволновался Слава, но женщина уже достала кашляющего делового партнёра и наклонила его через бортик, дожидаясь, когда тот закончит извергать из себя фонтан выпитого и съеденного. Потом снова перебросила в воду и снова вынула.

– Буду макать до тех пор, пока соображать не начнёт! – злорадно заявила она. – Нам ведь надо на чём-то добираться домой! Без него мы тут застрянем, а ночевать здесь я не хочу! Уже достаточно накувыркалась, сутки враскоряку ходить буду, а то и больше. Ну что, любовничек бывший, отошёл, что ли? – Она участливо наклонилась к хрипящему и дёргающемуся Герану.

– Убил бы… Сучка! Отошёл! Что, нежнее нельзя было?!

– Нежнее было три часа назад! А сейчас надо домой лететь! Идти можешь?

– Сам не могу, помоги!

Сильмара взвалила Герана на себя, забросила его руку себе за шею и поволокла к выходу. Его ноги с трудом передвигались, едва волочась по полу, он не успевал их переставлять.

Слава шёл позади и с усмешкой смотрел на парочку. Зелёный зад, рядом чёрный зад.

Прижались друг к другу, как родные…

Захватив по пути своё оружие, выданное невозмутимым начальником охраны поместья, они кое-как нацепили его на себя и побрели к флайеру. Погрузив Герана, плюхнулись на сиденья. Геран хрипло приказал мозгу флайера лететь в Кратан и тут же захрапел, провалившись в сон. Следом за ним задрыхла Сильмара, бесстыдно раскинув обнажённые ноги, повесив голову на сторону и пустив изо рта тонкую струйку слюны. Слава, глядя на них, тоже задремал – он уже давно не спал, а сегодня физическая нагрузка была на уровне тренажёрного зала.

Хорошо ещё, что не употреблял никакой наркоты и не пил ничего возбуждающего, иначе у него был бы отходняк, как и у остальных. Очнулись они уже на площадке для флайеров. Сколько они проспали уже на площадке, было непонятно.

Растолкав Сильмару, Слава спросил у неё, знает ли та код вызова Герана. После утвердительного ответа обнял Сильмару за поясницу и потащил к выходу – идти она могла с трудом, её снова развезло.

Сделав кое-какие выводы, он прислонил её к стене и, невзирая на протесты, ругань и сопротивление, засунул женщине два пальца в рот так глубоко, что она захрипела и выплеснула из себя всё, что засунула в желудок этой бурной ночью. Вернее, уже утром, потому что ночные препараты давно растворились в желудке и перешли в кровь.

Как и ожидалось, набор был очень разнообразен, от полупереваренных таблеток, до каких-то гадостей вроде грибов и травы.