Корпорация СНА

Кстати, там и присяду.

Путь до аэропорта был не близким, но они провели его абсолютно молча. Каждый был погружен в свои мысли.

– Николай, – спросила Катя, его только когда они заняли свои места в самолёте, – ты поедешь к отцу?

– Что? К Басилевсу в зубы? Ни за что! Он же выгнал меня, запретив переступать порог его дома. Забыла?

– Перестань моего отца обзывать студенческой обзывалкой! Он же был твоим научным руководителем!

– Но она ему подходит. – С наивно-простетским выражением лица не глядя на Катерину, произнёс он.

– Значит, не поедешь?

– Нет, я не поеду. – уже более серьёзно сказал Николай.

– Но он уже давно тебя простил.

– Во-первых, мне он такого не говорил…, а во-вторых, … Кать, ты поезжай. Обязательно. Я – нет. Пас. Прости, мне надо поработать.

Николай достал из дипломата папку, откинул полочку и разложил бумаги. Стал перебирать их, вчитываясь в строки, попутно что-то подчеркивая карандашом, работать которым он привык еще со студенчества. На одном из листов появилось размытое черно-белое изображение какого-то лица.

Николай отложил карандаш, взял лист и стал всматриваться.

– Это кто? – заглядывая через плечо, спросила Катя.

– Не знаю, – с глубоким вздохом ответил Николай.

– И зачем ты тогда его так рассматриваешь?

– Понимаешь, принцип программы достаточно прост. Там есть общий сюжет, а наполнением персонажей занимается сам мозг человека. Как правило, на все ключевые «роли», которые, так или иначе, входят в контакт с главным героем, мозг сам подставляет персоналии из близкого окружения.

Он так устроен. Когда я прогонял мета-сон на себе, все три раза выходил этот тип, причем в образе, как мне казалось проходной второстепенной фигуры…

– Дай посмотрю, – Катя взяла лист и начала его рассматривать.

– Я его вспомнить не могу, – Николай сделал вид, что начал читать текст на следующей странице, бесцельно водя глазами по строчкам, – но раз он появляется так настойчиво, значит, я его должен знать.

– Может дворник? Или заправщик?

– Нет.

Тут другое. Есть в этих чертах, что-то неуловимо знакомое, но я вспомнить никак не могу.

– И мне кажется, что я его где-то видела. А что он во сне делает?

– Он, флибустьер-отморозок и поджигатель. А я его по закону военного времени расстреливаю.

– Фу, – Катя протянула лист, – жесть какая-то! Ты людей в программе убийцами делаешь?

– Нет, конечно. Это была рабочая версия. В продажном релизе их арестовывают и отправляют в тюрьму.