Десятый самозванец

Авось, да чего-нибудь удумается… А сегодня, то ли, показалось, то ли – нет, но вроде бы, прошел мимо дома мужик, очень похожий на цыгана…. Да и срок для выплаты долга подходил к концу.

Уже ложась спать, Акундинов спросил у супруги:

– Ты к крестному-то давно не ездила?

– А чего это ты, про крестного-то вспомнил? – удивленно спросила Татьяна, расчесывающая волосы перед сном.

– Ну, мало ли, – неопределенно сказал супруг.

– Это для чего? – подозрительно посмотрела жена. – Я, из дому уйду, как дура, а ты, кобелина, девок непотребных в дом приведешь?

– Да ну, каких девок? – деланно возмутился супруг, хотя и знал, что рыльце-то у него в пушку…

– А то я не знаю? – фыркнула Танька.

 – Я, из дому ухожу, а ты, кобель, девок непотребных приводишь. И, как только, харе-то не стыдно? При живой-то жене приводить в дом всяких б, да на супружеской постели их и имаешь…

– Да, ладно тебе, – поморщился Тимоха. – Всего-то один раз и было. Ну, пьяный был, бес попутал…

Тут уж, совсем-то отпираться было глупо, потому что, все соседи помнили, как Танька гоняла однажды девку, застигнутую в постели у мужа.

Вроде бы, даже косу у нее выдрала. Хорошо, что напуганная девка не стала жалобиться… Потом, с месяц, наверное, баба не допускала его к себе. И, смилостивилась только тогда, когда поняла, что если, сама не будет давать, то муж опять пойдет кобелиться…

– Один раз! – фыркнула супруга. – Как же. Один-то раз… Я что, подряжалась, простыни после твоих б… отстирывать?

– Ох, а сама-то ты, чем лучше? – вызверился на супругу Акундинов.

 – Да с тобой до свадьбы половина Вологды трахалась!

– А ты, ровно бы и не знал? – заорала Танька. – Но я, как под венцом-то побывала, мужу законному ни разу не изменяла!

– Да неужели? – ехидно спросил Тимофей, знавший, что от таких разговоров у него начинает просыпаться желание…

– Вот те крест, святой, – лихорадочно перекрестилась жена. – Это вы, кобели, хоть до свадьбы, хоть – после. Вам бы только, червяка своего засунуть. А я, да после свадьбы – ни в жизть бы с чужим мужиком не стала бы…

– Ну, молодец-то, ты у меня какая, – поднялся Тимофей, обнимая при этом жену, а потом, горячо зашептал ей на ухо: – Так, уж и не изменяла? Нет? Ну и дура же ты, Танька, после этого!

Супруга, попытавшись было оттолкнуть мужика, рухнула вместе с ним на постель.

Тимоха, оказавшись сверху, стал целовать жене губы, щеки и нос. Танька, чуток посопротивлявшись, не выдержала натиска и, ее губы ответили на поцелуи.