Метро 2033: Гонка по кругу

И вот ведь странно: человек, вызывающий столько эмоций, не обладал сколь-нибудь примечательной внешностью. Был он какой-то серый, как и его камуфляж. Узкие губы, жиденькие белесые волосы на лысеющей голове, светлые холодные глаза сытой рептилии, чуть удлиненное неживое лицо, схожее с восковой маской. Встреть такого на станции – и не подумаешь, что этот человек обладает гигантской властью; решишь, что какой-то лузерствующий бездельник шляется по метро в поисках приключений на свою плохо подмытую задницу. Ан нет! Ты наткнулся не просто на рядового засранца, – ты напоролся на бога во плоти, на подземного демиурга, повелителя всех выживших засранцев Третьего Рима.

– Ну да ладно, приступим к делу. – Главный менеджер посмотрел на собеседника, а затем перевел взгляд на ползающих по прозрачным лазам землекопов. – Пять лет назад были учреждены Ганзейские игры. Вы это знаете, господин Грабов. Это был, скажем так, пиар-проект, утвержденный на одном из Советов Директоров. А выдумал его знаете кто? Мой секретарь.

Он вообще большой выдумщик. Вы не смотрите, что в экран ноутбука пялится. Очень смышленый и очень опасный человек. Мы его ласково Сурком кличем. Такой же пронырливый и шустрый.

– Занимательно, – сказал Грабов, плохо понимая, зачем Главный менеджер рассказывает ему такие подробности о своих подчиненных.

– К разработке условных патронов он тоже руку приложил. Теперь расчеты по крупным сделкам ведутся в упах, но в мелкой розничной торговле по-прежнему доминируют 7,62 и 5,45. Даже в Ганзе до сих пор далеко не все знают об этом новшестве.

Главный менеджер помолчал, тяжело вздохнул и продолжил:

– Разумеется, возникли трудности. Они ведь всегда возникают. Как вы думаете, господин Грабов, какую главную проблему мы должны решить?

«Зачем он задает дурацкие вопросы?!» – возмутился про себя сталкер, а вслух предположил:

– Может, инфляция?

– Да, – кивнул Главный менеджер, – один настоящий патрон нынче стоит почти два упа, а на черном рынке – и вовсе все три. Но не в этом основная трудность.

Я сейчас не об инфляции, я об Играх с вами веду беседу. Главная проблема состоит в том, что в нашей жизни от политики никуда не денешься. Понимаете, господин Грабов, мы позиционировали Ганзейские игры как игры мира, на время которых останавливаются все войны в метро. Мы гарантировали огромные преференции победителям. Мы хотели показать себя с лучшей, более выгодной стороны. И действительно, конфликт с Красной Линией в дни соревнований затух.