Каково лохматить бабушку и быть героем. Серия «Бессмертный полк»

(Впоследствии только Брежнев получит 4 звезды Героя).

А иначе ему это было надо?

Наглости Жукова не было предела. Он не имел и не выказывал никаких эмоций по существу вопроса, а критику боевых офицеров не воспринимал всерьёз. Ему эти замечания были глубоко по барабану. Органически терпеть не мог поблизости себя умных людей, потому как его малограмотность мгновенно выпячивала наружу.

О нём смело можно сказать, что это эталонный образец, 100% продукт той большевистской эпохи, где жизнь человека гроша ломаного не стоила ради достижения цели узурпаторов власти.

Жуков никогда не уговаривал, не убеждал, не советовался, не переубеждал. Он тупо и просто переламывал чужое мнение через колено и отбрасывал подальше. А ещё лучше было для него подставить человека под трибунал, чтобы с позором расстреляли. И преуспел в этом, как ни странно, видимо не нашлось ему на земле достойного тормоза, противостояния.

Однако, генерал по своей деревенской привычке быстро обучался и у него было не отнять высочайшую самодисциплину.

Осторожность и чувство самосохранения у него были запредельные. Он мог по мелочам перечить Сталину, но в принципиальных вопросах ни в коем случае. В своей памяти у него всегда маячили подвалы Лубянки, поэтому что сказать и как вести себя с Лаврентием Палычем, ему было известно.

Наивно было полагать, что выпускник 4-х классной церковно-приходской школы сможет что-либо спроектировать в теории штабных вопросов, спланировать и осуществить победу.

Но его уже «попёрло». Как же, несоизмеримой достижениям тщеславной душе захотелось известности и признания несуществующих подвигов. А самое главное водрузить на голову сверхпопулярный в те годы лавровый ореол святослава-победителя. Уж очень возжелалось ему, чтобы стоусая молва разнесла о нём слух, как о великом полководце.

Короче, захотел Жуков прославиться и быть знаменитым.

Чтобы люди всей страны спали и во сне видели сияние венценосной короны своего героического защитника.

Неоспоримый факт, что там, где был Жуков, там лились реки крови.

Кстати, первую звезду Героя он получил за три месяца боев с японцами на Халхин-Голе.

Купаясь в лучах славы, Георгий Константинович без зазрения совести присвоил себе операцию, прекрасно разработанную начальником штаба комбригом Богдановым.