Чужая колея

Накануне вечером, подъехав к дому на такси, он по очереди занес в прихожую две картонные коробки, потом, никому ничего не говоря и не объясняя, молча отсоединил провода от старенького телевизора в гостиной, давно дававшего такое изображение, что цвета можно было скорее угадать, чем рассмотреть, снял его с тумбочки и водрузил на его место огромный новенький Sony. Распаковал вторую коробку, повозился с разъемами и водрузил на новый телевизор столь же новый видак. Потом повернулся к родителям, с изумлением взирающим на нежданные новинки, и скромно заявил: «Ты, мать, на стиральную машину давно жалуешься.

На этой неделе у меня времени не будет, а вот на следующей в Москву, на “Горбушку” вместе сгоняем, выберешь там сама».

– Можно, конечно, прямо в магазины продавать, они тоже за налик все берут, и навар, понятно, побольше, только я такой фигней заниматься не буду, – Рома закурил, откинувшись на спинку широкого кожаного дивана, принял расслабленно-мечтательную позу и выпустил в потолок струю дыма.

 – На хрена мне этот гемор – склад снимать, людей набирать? Лучше всего – прямо с колес продавать. Тут главное – продавца отыскать нормального, у которого товар реально есть, а то ведь, – он коротко хохотнул, – можно и на такого, как я сам, нарваться.

– Во-во, – поддержал Марк. – Про таких, как ты, даже анекдот ходит. Встречаются два русских бизнесмена, один говорит: «Есть вагон меда». Второй: «Беру за пятьдесят штук баксов». Договорились и разошлись, один пошел искать вагон меда, а другой – пятьдесят штук.

– Ну, и такое бывает, конечно, – добродушно усмехнулся Рома. – Риск нарваться в любом деле есть, без риска сейчас никуда.

– Я, кстати, это уже понял, – язвительно произнес Павел. – Насчет риска – особенно. Сидел вот на хате какой-то с двумя мордоворотами и думал, что не зря говорят: кто не рискует, тот не пьет шампанского. Раз Ромке шампанского захотелось, придется рискнуть.

– Ой, Паша, да забудь ты, – с деланой беззаботностью отмахнулся Роман.

 – Там вообще говно вопрос был: кто к кому приедет. Здесь чурки, там чухонцы, охерели и те и другие, уперлись, как бараны. Тебе бы при любом раскладе ничего не было, это Генка так чухню обработал, чтобы он поверил, фуры согласился гнать.

На самом деле вся эта Ромина беспечность была явно напускной – при воспоминании о внезапно возникших разногласиях с покупателями он до сих пор ощущал в душе неприятный холодок.