Агент немецкой разведки

После бомбардировки города началось наступление немцев со стороны Киева. Весь день в городе слышались приближающиеся раскаты орудийных выстрелов.

В пять часов пополудни случилась очередная бомбардировка города. После чего началось новое наступление немецких подразделений, рвущихся на левый берег реки Ворсклы. Вечером южная часть города была взята немецкими войсками. А к ночи – и вся Полтава. Город во многих местах пылал пожарами, и было светло, как днем.

Два дня немцы тушили пожары, а на третий день оккупации стали устанавливать новый порядок.

Полтава была включена в состав рейхскомиссариата «Украина», о чем было официально объявлено по быстро восстановленному радио и пропечатано в листовках, расклеенных по всему городу.

Был установлен комендантский час, не позволяющий гражданам передвигаться по городу без разрешающих пропусков.

В конце сентября появились и заработали комендатура и городская управа во главе с бургомистром и городским головой. В комендатуре – отделы: организационный, хозяйственный, продовольственный, технические, финансовый, врачебно-санитарный.

Появился и отдел культуры, в ведении которого находились ЗАГСы, незакрытые школы и две новых гимназии для девочек и для мальчиков, кинотеатры, театры, церкви, две из которых, Преображенская и Сампсониевская, уже открылись. Еще управа ведала вспомогательной полицией, среди служащих которой вдруг неожиданно оказалось много ингушей и чеченов. К местной полевой жандармерии, естественно, городская управа никакого отношения не имела.

А еще появились базары-барахолки едва ли не на каждой площади города и «толчок» на улице Бассейной. Стало вдруг много девушек в вышиванках, чего ранее не особо наблюдалось. Закрасовалась немецкая свастика на постаменте скульптуры «Рабочий и колхозница» у центрального входа в Корпусный парк. И вышел приказ от лица комендатуры и управы города, что все граждане города Полтавы должны явиться на свои прежние места работы и заняться своими обычными профессиями. Для потерявших работу были созданы районные биржи труда, на одну из которых и явился поздней осенью сорок первого года Виктор Липский.

На газетном стенде у биржи, где еще пару месяцев назад вывешивались газеты «Правда», «Известия» и местная газета «Большевик Полтавщины», теперь в половину стенда красовался большой плакат, на котором в центре была изображена крестьянская семья: мужик в кепке, с косой на плече, и его молодая жена в косынке, с граблями и малой девчушкой на руках.