Безумный свидетель

 – Немного помолчав, Рауде продолжил: – Знаете, Матрена все время испытывала ко мне какое-то недоверие.

– И почему, как вы считаете?

– Думаю, потому, что я немец. Сейчас с такой национальностью непросто жить. И у Матрены имелись причины недолюбливать меня. Отец ее на войне погиб, мать, можно сказать, от горя померла. Сиротой осталась. Бедная девочка. Горькая у нее судьба… Но я ни на кого не обижаюсь. Время нынче такое. Не объяснять же всем, что мои предки проживают в России едва ли не с середины семнадцатого века.

Я больше русский, нежели немец. Знаете, я в сентябре сорок первого года трое суток в изоляторе временного содержания просидел. Думали, если я немец, то, значит, шпион. Потом из военкомата позвонили, объяснили ситуацию, ну меня и отпустили. Разобрались, в общем… Я ведь немецким свободно владею, вот мои знания и пригодились. Сколько на фронт просился, все не отпускали. Бронь! Только в январе сорок четвертого сумел убедить, что я там нужнее, чем здесь.

– Имя тоже у вас непростое… Адольф, – улыбнулся майор.

 – Непросто, наверное, с ним.

– Сейчас уже не так, а вот в начале войны и вправду было очень непросто. Мои знакомые Адольфы свои имена сразу же поменяли – длинные очереди из Адольфов в первые дни войны у паспортных столов выстраивались, а я вот даже не думал менять. Ну как так можно изменить свое имя, если меня родители так нарекли? Получается, что я от их памяти отказываюсь? Не простят… Это не по мне. С этим именем родился, с ним и помирать буду! Да и имя само по себе неплохое.

При чем здесь оно? До войны было очень популярным даже среди русского населения. Имя Адольф германского происхождения, состоит из двух древненемецких слов «адаль», что значит благородный, и «вольф» – переводится как волк. И означает – «благородный волк». Теперь из-за Гитлера это имя испорчено навсегда.

– Вы все время в этой квартире проживали?

– Нет. Сначала на Подлужной жил вместе с родителями и тремя сестрами, совсем рядом с Казанкой. Потом вот квартиру мне выделили. А на Подлужной целая колония немцев и сейчас проживает.

Как переехали туда из немецких княжеств при Екатерине Великой, так и остались там!

Темирзяев захлопнул блокнот и положил его в полевую сумку.

– Записал все, что нужно. Если потребуетесь, я вас вызову.

– Если окажусь полезным, буду очень рад.

Следующей, кого следовало допросить, была Гульнура Имамова, проживавшая на улице Тельмана.

Майор быстро спустился по каменной лестнице. В лицо ударила россыпь колючего снега.