Бой быков

Он не мог припомнить, когда в последний раз совершал столько физических упражнений за один день.

На шестом этаже Александр едва не потерял равновесие, но вовремя ухватился рукой за перила. Оказавшись перед дверью своей квартиры, он нажал на кнопку электрического звонка и секунд сорок не снимал с нее пальца. Ни какой реакции. Либо Светы не было дома, либо… Гендельберг не хотел думать об этом «либо».

Трясущимися руками он достал из кармана ключ и вставил его в замочную скважину. Но проворачивать ключ вокруг оси ему не пришлось.

Дверь сама по себе поддалась под его напором и распахнулась внутрь квартиры. Бледность залила лицо Гендельберга.

– Света! – выкрикнул он и быстро перешагнул порог. – Света!..

Жена лежала в гостиной на диване. Свисающая правая рука касалась пола, глаза широко распахнуты, пустой отсутствующий взгляд устремлен в потолок. На груди у нее покоилась ажурная подушка, успевшая насквозь пропитаться кровью.

– Господи!..

Гендельберг кинулся к ней, упал на колени рядом с диваном и первым делом машинально проверил наличие пульса на запястье супруги.

Сердце не билось. На глаза Александра навернулись слезы. Он, не думая, стянул с груди Светланы подушку и скомкал ее в руках. По пальцам Гендельберга заструилась темно-бордовая жидкость…

В коридоре жалобно скрипнула половица, и этот звук заставил ученого резко обернуться, а уже через секунду вскочить на ноги. В квартире, кроме него, находился кто-то еще. Убийца? Шкотов? Братки из «Рено»? Гендельберг не знал, чем завершилась перестрелка на Луначарской, и кто одержал верх…

В дверном проеме, ведущем из коридора в гостиную, появилась крепкая кряжистая фигура Игоря.

В руках у него было оружие, дуло которого смотрело точно в грудь Гендельбергу.

– Привет, ботаник! – Викинг продемонстрировал поистине волчий оскал. – Вот уж не ожидал встречи с тобой, в натуре. Хотя это, наверное, и к лучшему. Информация у тебя с собой?

Гендельберг ничего не ответил, но его левая рука, автоматически дернувшаяся в направлении кармана куртки, оказалась для Игоря красноречивее любых слов.

– Диск? – уточнил браток. – У тебя диск? Да? Гони его сюда, ботаник.

Гендельберг моргнул. Бросив беглый взгляд на Свету, он молниеносно понял, что ее смерть – дело рук именно этого самого человека. И Александр не сомневался, что оставлять в живых его было бы тоже по меньшей мере неразумно. Но кто этот тип?..

Страх и отчаяние толкнули Гендельберга на риск.