Джоконда улыбается ворам

Хотя нет, не надо… А то завтра об этом раструбят все газеты Парижа… Можете сказать, что прорвало водопровод, главное, чтобы через пятнадцать минут в здании никого не было! Если, конечно, не хотите остаться без работы. Выполняйте!

– Слушаюсь, господин Луарет!

Толстяк, перекатываясь на коротеньких ножках, заторопился к выходу.

– Да пошевеливайтесь вы, черт вас возьми! – крикнул вдогонку рассерженный Луарет.

– А мне что делать, господин главный хранитель? – спросил Луи Дюбретон, с готовностью заглядывая в разгневанное лицо Луарета.

– А вы разве не слышали? Проваливать к черту!

– Но…

– Всем посторонним покинуть здание!

– Но ведь я могу вам…

– Если вы не уберетесь отсюда через минуту, то мне придется вызывать полицию! А уж она вышвырнет вас за шиворот!

* * *

Никогда прежде охрана музея не была столь категоричной. Разбежавшись по этажам, охранники и вахтеры где уговорами, а где и окриком вытесняли посетителей из залов. Недовольных было много. Размахивая билетами, гости не желали покидать помещения, норовили перебежать в другой зал, где их также встречали несговорчивые служащие.

Дело сдвинулось, когда запыхавшийся господин Морис во всеуслышание объявил, что верхние этажи Лувра уже затопило по колено, а в залах голландской живописи прорвало водопровод и струи хлещут во все стороны. Посетители Лувра, среди которых было немало иностранцев, выражая неудовольствие на сотне языков, смиренно зашагали к выходу.

Вместе со всеми, теснимый предупредительной, но настойчивой охраной, двигался к выходу и Луи Дюбретон.

День был испорчен окончательно, теперь выходной сюртук выглядел до крайности нелепо. Свидание с «Моной Лизой» не состоялось. А он так хотел ее увидеть!

А что если попробовать поискать картину самому? Ведь не могла же она просто испариться? Вынести незаметно картину, которая в длину почти метр и весом, вместе с рамой, два с половиной пуда – весьма непростая задача даже для крепкого человека. Наверняка «Джоконда» должна быть где-то неподалеку.

Злоумышленник спрятал ее в каком-нибудь потаенном месте, чтобы впоследствии вынести.

– Ну что встал? – весьма недружелюбно подтолкнул его к выходу коренастый вахтер. – Сказано ведь было, водопровод прорвало! Через десять минут здесь никого не должно быть!

– Доминик! – прозвучал из глубины коридора басовитый голос.

Вахтер повернулся на голос, и Луи Дюбретон, воспользовавшись моментом, юркнул в приоткрытую дверь какого-то затемненного помещения.