Джоконда улыбается ворам

– Но что я скажу Анжеле, когда приведу незаконнорожденного ребенка в дом?

– Она мудра и поймет тебя. Я даже уверен, что Анжела примет Леонардо как собственного сына.

– Хорошо, отец, я попробую подобрать для нашего разговора подходящие слова.

* * *

Анжела раскатывала длинной скалкой на столе тесто и что-то негромко напевала. Голос у нее был мелодичный и очень звонкий. В нее можно было влюбиться исключительно за ангельский голос, кроме того, она была привлекательна, а четыре года замужества развили ее женские прелести.

Пьеро, весьма обеспеченный нотариус, держал в доме прислугу, в том числе и кухарку, но Анжела любила побаловать супруга домашней выпечкой.

– Ты ходила к врачу, Анжела? – спросил Пьеро, положив свои широкие ладони на хрупкие плечи супруги.

Анжела замерла, млея под его лаской.

– Да.

– И что же он сказал?

– Сказал, что ничего не может поделать, нужно лишь молиться Деве Марии, – закусила губу Анжела, вытирая испачканные руки о полотенце.

Пьеро горестно вздохнул и обнял жену:

– Мы молимся уже четыре года, однако ничего не получается. Знаешь, я хотел тебе сказать… У меня есть сын, его зовут Леонардо.

– Я знаю об этом, – просто ответила Анжела.

– Вот как?.. Ты мне не обмолвилась об этом даже словом.

– Я не хотела тебя огорчать, – посмотрела Анжела на мужа. – Сколько же ему лет?

– Уже четыре года.

– Он совсем большой мальчик.

– Да, а еще он очень смышленый и весьма самостоятельный.

– Ты у него часто бываешь?

– Не так часто, как хотелось бы. Последний раз я был у него c год назад. Уверен, что за это время он меня уже позабыл. Дети растут быстро…. Ты не будешь возражать, если я заберу его в дом? Мне бы не хотелось, чтобы мой сын рос вдали от меня.

Анжела едва улыбнулась:

– Я сама хотела тебе это предложить.

– Ты невероятно мудра.

– Нет, я просто женщина, которая тебя очень любит, – отвернулась Анжела.

* * *

Пьеро застал сына в саду, тот с любопытством рассматривал крупного жука с коричневыми толстыми крыльями и с огромными черными рогами, преодолевающего рассыпанный на дороге битый камень. Спрятавшись под хитиновый панцирь, будто рыцарь под железные латы, жук имел весьма устрашающий вид и готов был сокрушить на своем пути всякое препятствие.