Гнев смотрящего

Я так думаю, что мы трое будем покруче, чем вся наша Госдума, Кремль и губернаторы, вместе взятые! Это им только кажется, что в их руках власть… А на деле… Сам посуди…

– А на деле и нам сейчас куда сложнее стало, – покачал головой Витя, наливая себе еще одну рюмку. – Старых проверенных людей не осталось – тех, на кого можно было опереться. Академика нет…

– Того нет, зато есть другие, – с усмешкой отозвался Алик. – Академики вон куда взлетают нынче – в Кремле гнездо норовят свить!

– Ну, это ты про академиков советского розлива… Я говорю про Егора Сергеевича Нестеренко – вот это был академик высшей пробы, не то что нынешние… Все в своих руках держал.

Каким могучим оркестром дирижировал. Вон какие люди под его музыку плясали. Жаль старика. Сколько уже прошло, как его в самолете взорвали?

– Да, пожалуй, около двух лет будет! – Алик нахмурился. – Нет, Нестеренко под конец сильно сдал. Все дела перекинул своему ученичку… Он нам чуть всю песню не испортил. Вместе с генералом Артамоновым.

Хорошо, генерала удалось вовремя вывести из игры…

– Кстати, этого нестеренковского выкормыша еще рано сдавать в архив, – назидательно заметил Петр Петрович. – Он, как птица Феникс, запросто из пепла возрождается. Глядишь, еще и нам пригодится. Помнишь, кто в старину Русь спас – когда пришлось звать, чтобы пришли и порядок навели? Варяги!

– Думаешь, и нам придется обращаться к «варягам»? – со зловещей улыбкой тихо спросил Алик.

– Не исключаю, – кивнул Петр Петрович и уселся в глубокое кожаное кресло в углу, знаком пригласив Алика присесть рядом.

 – Случайные люди полезли во власть. Да и в бизнес тоже. Чумазым не понравились итоги приватизации – они хотят все переиграть под себя. Вон нашего сибирского металлурга с шумом выпихнули из страны, в Питере в последнее время черт знает что творится – даром что город славных киллерских традиций. Раньше там царей и секретарей обкомов убивали, а теперь за бизнесменов и депутатов взялись… А с торговым флотом недавно какая там катавасия закрутилась! Слава богу, что этого выскочку младшего Гаврилова замочили. Это его папаше был добрый сигнал – чтоб знал свое место и не зарывался!

– И кого же за торговый флот нужно благодарить? – Алик расстегнул воротник рубашки и ослабил узел галстука.

– Кого же еще – Владислава Геннадьевича, Варяга нашего славного.

– Ага. Так не рано ли «варяги» пожаловали?

– Кто его знает, Алик. Но эти «варяги» нас не спрашивали. Сами пришли, как видишь.