Кандалы для лиходея

У графа Виельгорского был не пожар и, как он надеялся, не смертоубийство, поэтому, зная по-соседски привычки полковника Власовского, он заявился к нему в четверть шестого, когда обер-полицмейстер, оправившись от послеобеденного сна, должен находиться уже на службе, иначе сказать, у себя в кабинете.

Так оно и случилось. Когда Виктор Модестович вошел в кабинет Власовского, тот был уже погружен в работу. Александр Александрович, часто макая ручку в чернильницу, что указывало на кипевшее у него внутри возмущение и негодование, писал приказ по полицейскому управлению, то есть на все сорок участков Москвы:

«Сего дня, июня второго числа одна тысяча восемьсот девяносто шестого года, около четырех часов утра, околоточный Петровско-Разумовского участка Шандыбин отказался отрапортовать мне о состоянии дел на участке, поскольку, отстегнувши шашку, которую легко можно было у него изъять злоумышленным способом, спал, улегшись верхней частью тела на стол…»

Указав графу на кресло у стола, Власовский в очередной раз обмакнул перо ручки в чернила и дописал:

«Считаю действия околоточного надзирателя Степана Григорьева Шандыбина вопиющими в смысле отношения к своим обязанностям блюстителя законопорядка и налагаю на него штраф в размере месячного довольствия.

Обер-полицмейстер г. Москвы полковник А. А. Власовский».

Расписавшись, Александр Александрович промокнул написанное и поднял глаза на Виельгорского:

– Слушаю вас, Виктор Модестович.

– Он приехал, – скорее доложил, нежели произнес обычным тоном Виельгорский.

– Кто? – поднял брови Власовский и тут же вспомнил, о ком идет речь. – Ваш управляющий имением Павловское, я так понимаю?

– Да, – подтвердил граф.

– Это хорошо, – отложил приказ в сторону обер-полицмейстер. – Вы уже разговаривали с ним?

– Ну, так, в общих чертах, – как-то неопределенно ответил Виктор Модестович.

– Что значит – «в общих чертах»? – посмотрел на графа Власовский. – Вы проверили отчетность?

– Проверил, – не очень твердо сказал Виельгорский. – Все как будто бы в порядке.

– Как будто или в порядке? – переспросил Александр Александрович чуточку раздраженно. Его всегда раздражала неопределенность в ответах. А точнее, даже злила…

– В порядке, – заверил его граф Виельгорский.